Главное из пресс-конференции Лилит Галстян, Месропа Манукяна и Татевик Согоян
1. Реальность, которую позиционируют как бастион демократии, превратилась в концентрационный лагерь.
2. Создавалось впечатление, что целью обыска было не в раскрытие преступления, а пропаганда — для обеспечения зрелищных сцен.
3. Прокуратура не нашла ничего иного, кроме объяснения, что, дескать, президент Кочарян, как хороший отец, может сделать что-то, что принесёт пользу проходящему по делу Седраку Кочаряну.
4. Армения, действительно, на институциональном уровне исчерпала все средства, которые могли бы обуздать эту вседозволенность.
5. Перед нами поставили требования о проведении референдумов, и для нас очень оскорбительно, что руководителя нашей страны уже никто ни во что не ставит, а хотят услышать мнение народа.
6. Если распоряжения о политических притеснениях и преследованиях отдаются с трибуны номер один в стране, это говорит, что судебная система находится в тотальном подчинении.
7. За всеми этими репрессиями нужно видеть опасность происходящего изо дня в день износа суверенитета и потери государственности Армении.
8. Заказчиков происходящего вокруг Армении много, а выгодополучатель — власти, чтобы они просуществовали на день дольше.
9. Одной из гарантий нашей безопасности является национальная солидарность. Я не помню, чтобы в Армении когда-либо были такие национальные распри и раздоры, такая атмосфера ненависти и нетерпимости.
10. Ни одна находящаяся в диалоге власть не должна допускать историческую фальсификацию со стороны Баку, и за «восторгами» дипломатического корпуса в тот же день должна была последовать нота нашего МИД.
11. Число жертв в армии в мирных условиях не говорит о лучшем положении дел в системе.
Было очевидно, что в тот день существовало распоряжение об аресте президента, и следователи были в состоянии цейтнота.
12. Было очевидно, что в тот день существовало распоряжение об аресте президента, и следователи были в состоянии цейтнота.
1. Реальность, которую позиционируют как бастион демократии, превратилась в концентрационный лагерь.
2. Создавалось впечатление, что целью обыска было не в раскрытие преступления, а пропаганда — для обеспечения зрелищных сцен.
3. Прокуратура не нашла ничего иного, кроме объяснения, что, дескать, президент Кочарян, как хороший отец, может сделать что-то, что принесёт пользу проходящему по делу Седраку Кочаряну.
4. Армения, действительно, на институциональном уровне исчерпала все средства, которые могли бы обуздать эту вседозволенность.
5. Перед нами поставили требования о проведении референдумов, и для нас очень оскорбительно, что руководителя нашей страны уже никто ни во что не ставит, а хотят услышать мнение народа.
6. Если распоряжения о политических притеснениях и преследованиях отдаются с трибуны номер один в стране, это говорит, что судебная система находится в тотальном подчинении.
7. За всеми этими репрессиями нужно видеть опасность происходящего изо дня в день износа суверенитета и потери государственности Армении.
8. Заказчиков происходящего вокруг Армении много, а выгодополучатель — власти, чтобы они просуществовали на день дольше.
9. Одной из гарантий нашей безопасности является национальная солидарность. Я не помню, чтобы в Армении когда-либо были такие национальные распри и раздоры, такая атмосфера ненависти и нетерпимости.
10. Ни одна находящаяся в диалоге власть не должна допускать историческую фальсификацию со стороны Баку, и за «восторгами» дипломатического корпуса в тот же день должна была последовать нота нашего МИД.
11. Число жертв в армии в мирных условиях не говорит о лучшем положении дел в системе.
Было очевидно, что в тот день существовало распоряжение об аресте президента, и следователи были в состоянии цейтнота.
12. Было очевидно, что в тот день существовало распоряжение об аресте президента, и следователи были в состоянии цейтнота.
Թողնել պատասխան