Тюрколог Владимир Аватков в эфире армянского ТВ прокомментировал рост оборонных расходов Турции, её активность на Южном Кавказе и риски для Армении. По его словам, Анкара любит громкие жесты, но за ними стоят конкретные цифры и риски.
Турция увеличивает оборонные расходы, по разным оценкам, до 230%. Даже с поправкой на инфляцию это серьёзный рост. Анкара готовится к конфликтам — не к одному, а к нескольким. Турция строит бункеры практически во всех крупных городах. Это индикатор того, как руководство оценивает перспективы безопасности. Турецкая армия — вторая по численности в НАТО и обладает большими запасами вооружений: «Айрактары», БМП, «Кирпи», ракеты.
Однако амбиции Анкары не соотносятся с ресурсами. Базы в Катаре, деятельность в Ливии, Сирии требуют денег, которых катастрофически не хватает. Потянет ли бюджет — большой вопрос.
Турция видит перспективы конфликтов со всех сторон. С Грецией тяжёлые отношения. Европа готовится к войне с Россией. Ближневосточный конфликт не ушёл, отношения с Израилем ухудшились, риски вокруг Сирии растут. При этом энергобезопасность Турции связана с Россией, и портить отношения было бы непродуктивно. Но Турция продолжает жёсткую политику в отношении тюркских государств постсоветского пространства и тюркоязычных регионов России.
Часть идеологии Анкары — создание единого тюркского пространства. Турки пытаются убедить всех тюрок, что главные — они. Идёт давление на алфавиты и языки, чтобы стереть их и сделать единый турецкий язык. Решение Узбекистана о трансформации алфавита, рекомендации Казахстану и Киргизии перейти на латиницу — это отказ от собственной истории в пользу турецкой версии бытия.
В этом плане Турция не хочет демонстрировать силу Армении. Сейчас она заинтересована показать максимальную дружелюбность: цветы, любовь, открытие границ, торговля. Но мы знаем, как развивались такие ситуации, когда турки говорили о любви и торговле.
Россия принципиально не вмешивается в дела других государств. База в Армении была важна в советские годы, сегодня у России есть средства слежения из космоса. Но база — фактор присутствия. Россия сама не инициирует вопрос о базах — это вопрос Армении. Возникает другой: как Армения будет обеспечивать безопасность? Никакая Франция не будет защищать Армению. Соседние государства будут реализовывать свои интересы, обладая большими ресурсами.
Иран недвусмысленно показывает: любые коммуникации — это хорошо. Россия неоднократно подчёркивала, что присутствие коммуникаций лучше их отсутствия. Но вопрос — как они реализуются. Иран настаивает: коммуникации будут обеспечены силами безопасности России. У Ирана большие задачи по обороне от внешнего вмешательства США. У России пока нет прямой конфронтации с Западом, но если на Украине появятся европейские войска — это будет война. Иран исходит из того, что вмешиваться в зону интересов России в ОДКБ не нужно. Создание стабильной ситуации, при которой через Армению и Азербайджан идут товары из России в Иран и обратно, — в интересах всех.
Присутствие НАТО на Каспии не в интересах никого из региональных держав, включая Азербайджан. Сейчас идёт переформатирование региона. Вопрос — как Южный Кавказ будет существовать дальше. Что будет с государственностью Армении под давлением Турции? Скоро откроются границы. Что будет с суверенитетом, торговлей, преступностью — эти вопросы нужно задавать сегодня.
Для России принципиально важно, чтобы то или иное государство не становилось антироссией. Из Украины делали антироссию — отсюда всё началось. Не было возражений против движения Украины в ЕС, когда он был экономическим объединением. Так же Россия относится к решениям других стран. Прибалтика вступила в НАТО с условного позволения Москвы. Но принципиальный вопрос — не превращение в антироссию. Из Грузии пытались сделать антироссию — помним, чем закончилось. Сейчас грузинское руководство правильно говорит, что русофобия недопустима.
Главная война сегодня — за логистику и будущий миропорядок. Разрушена логистика Ормузского пролива, Баб-эль-Мандебского пролива, нефтепровод в Саудовской Аравии, логистика в Иране. Запад и Восток связываются на Ближнем Востоке разрыв. Остаётся Южный Кавказ. Впереди — тайная борьба за логистику через Южный Кавказ. Вопрос — как и когда. Если новые правила установятся раньше — будет мирная конкуренция. Если нет — риск конфронтации. Запад заинтересован подрывать интересы России любыми путями, в том числе военными. Европейцы не преминут воспользоваться дестабилизацией. НАТО турок попытаются принудить к конфронтации с Россией.
Турция пытается усидеть на множестве стульев: наращивает мощь, строит бункеры, демонстрирует амбиции. Но ресурсы небезграничны, конфликты подступают со всех сторон. На Южном Кавказе Турция играет роль друга, говоря о цветах, любви и торговле. Но за этим — долгосрочная стратегия создания единого тюркского пространства. Россия не вмешивается в дела других, но не допустит превращения кого-либо в антироссию. Главная битва — за логистику и будущее мироустройство — разворачивается здесь. Будет ли это мирная конкуренция или конфронтация — зависит от мудрости всех игроков. Но Армении стоит смотреть не на цветы и улыбки, а на бункеры и цифры оборонных расходов. История не раз показывала: когда турки говорят о любви и торговле, за этим всегда стоит нечто большее.
Թողնել պատասխան