Пока в регионе продолжаются разговоры о разблокировании коммуникаций и перспективах TRIPP, Грузия последовательно модернизирует уже работающий северный маршрут.На участке Степанцминда-Гвелети фактически будет построена новая дорога. Главный объект — двухкилометровый мост, который станет самым длинным в Грузии. Он свяжет Степанцминду с районом нового Дарьяльского тоннеля.
Стоимость проекта — 215,5 млн лари, или около $82 млн. Завершение работ намечено на 2027 г.
Сам по себе проект локальный. Но смотреть на него только как на очередную реконструкцию грузинской дороги было бы неправильно. Он является частью более масштабной модернизации северного направления, где уже строятся тоннели, мосты, обходы наиболее сложных горных участков.
Для Армении вопрос тем более не технический. Военно-Грузинская дорога остается единственным действующим сухопутным маршрутом из Армении в Россию, а КПП Казбеги-Верхний Ларс — единственным функционирующим пунктом пропуска на российско-грузинской сухопутной границе. Все мы хорошо знаем, что происходит здесь зимой и к каким очередям приводят снегопады, лавиноопасность и закрытие дороги.
Собственно, проводимая модернизация во многом и направлена на снижение этих рисков. Тоннели, мосты и обход наиболее сложных горных участков должны повысить всесезонность маршрута и снизить его зависимость от погодных условий. Полностью проблему это, конечно, не снимает, но северный коридор становится заметно устойчивее.
Есть здесь и еще один момент, уже непосредственно связанный с российско-армянской торговлей, которая сегодня переживает далеко не лучшие времена.
В привычной логистической связке появился новый транзитер — Азербайджан. В результате вместо относительно простой схемы Россия-Грузия-Армения начинает формироваться более сложная: Россия-Азербайджан-Грузия-Армения.
Чисто теоретически — появление альтернативного маршрута само по себе можно только приветствовать. Особенно для страны с крайне ограниченными транспортными возможностями. Но возникает вопрос его экономической целесообразности. Дополнительная транзитная территория — это дополнительные расстояние, процедуры, время, стоимость перевозки и, в конечном счете, новая конфигурация зависимости. Особенно учитывая экспансионистские чаяния Баку.
Именно поэтому модернизация Ларса приобретает особое значение. Если наиболее проблемные участки Военно-Грузинской дороги действительно удастся сделать всесезонными, а регулярные зимние ограничения минимизировать, прямой маршрут Россия-Грузия-Армения объективно получает серьезное конкурентное преимущество перед поставками через Азербайджан. Прежде всего за счет более короткого транспортного плеча и меньшего количества транзитных звеньев.
Отсюда — параллель с TRIPP.
В одном случае имеем пока преимущественно политическую конструкцию. Обсуждаются режимы, операторы, инвестиции, безопасность, геополитические последствия. В другом — уже действующий коридор, в который вкладываются деньги и который постепенно избавляют от его главных инфраструктурных ограничений.
Противопоставлять эти маршруты напрямую, конечно, не совсем корректно. Разная география, разные рынки, разные задачи. Но для Армении вопрос должен ставиться шире.
Разблокирование коммуникаций важно. Диверсификация важна. Но она не должна превращаться в самоцель.
В транспортной геоэкономике в конечном счете имеет значение не количество нарисованных на карте маршрутов, а их стоимость, пропускная способность, устойчивость и время доставки. И — еще раз — исключение трансформации логистики в новую форму зависимости.
Модернизация Ларса в этом смысле может заметно изменить складывающуюся сегодня транспортную архитектуру.
Ваге Давтян, доктор политических наук✅Подписаться на Анив Армения
Анив Армения — колесо новостей, которое никогда не останавливается. Точно и кратко о самых важных событиях Армении. Подпишись и будь в центре событий!