Пашинян не готов к встрече с ПутинымВ ходе двухдневного государственного визита президента России
Владимира Путина в Азербайджан и его переговоров с
Ильхамом Алиевым по части урегулирования азербайджано-армянских отношений, Путин заявил, что сообщит о достигнутых договоренностях премьер-министру Армении
Николу Пашиняну. Так и было сделано. Между Путиным и Пашиняном
состоялся телефонный разговор, в ходе которого, как сообщает пресс-служба Кремля, была «
подтверждена готовность российской стороны и далее оказывать Армении и Азербайджану содействие в выработке мирного договора, продвижении процесса делимитации и демаркации границы, а также в разблокировании транспортно-логистических связей».
Что касается сообщения пресс-службы армянского кабмина, то она добавила, что собеседники договорились встретиться «при удобном случае», хотя пресс-служба Кремля указала, что стороны только «условились о продолжении контактов». Что стоит за этими двумя «тонкими» редакциями сообщений?
Когда Путин говорит, что Москва готова помогать в заключении мирного договора между Ереваном и Баку, а также в делимитации и демаркации границы, это фактически означает
призыв к Баку и Еревану вернуться на московскую переговорную площадку по подготовке мирного договора. Баку не против. Как заявлял глава МИД Азербайджана Джейхун Байрамов, «
Москва — подходящая площадка для переговоров о мире между Азербайджаном и Арменией». Что касается Еревана, то он формально не бойкотирует российскую площадку переговоров с Баку, но отдает предпочтение европейской и американской площадкам. В итоге, по факту, оторвавшись от московской переговорной площадки, стороны проделали
немалый дипломатический марафон на западных «подмостках», но упёрлись в тупик.
В Ереване считают, что Москва играет на стороне Баку, а в Баку уверены, что Запад играет на стороне Армении. В этой ситуации стороны могли бы пойти на переговоры без посредников, но и такой формат выявляет только большую многогранность и сложность проблемы. В итоге, прошло четыре года с момента окончания в ноябре 2020 года второй карабахской войны, а воз и ныне там. Стороны отошли от дальнейшего продвижения по пути выполнения достигнутых трехсторонних (Россия, Азербайджан, Армения) договоренностей, погрязая в дискуссиях промежуточного свойства, когда мотивация их действий перестает быть очевидной.
Остаются и проблемы дипломатической методологии. Так Ереван заявил о признание территориальной целостности Азербайджана, ведь в противном случае немыслимо говорить о мирном договоре. Правда, армянские эксперты указывают, что есть проблема, касающаяся будущего покинувшего Нагорный Карабах армянского анклава, и настаивают на создании для этого международного механизма. В свою очередь Баку требует изменений в конституции Армении, хотя решение Пашиняна не включать Нагорный Карабах в текст договора должно устраивать Азербайджан. Но на этот шампур нанизывается и проблема демаркации границ, появляются еще какие-то новые идеи, которые «неожиданно» ломают переговорный сценарий. Поэтому эскалация напряженности между двумя странами не выглядит случайной.
Конечно, возврат Еревана и Баку на московскую переговорную площадку повернул бы ход событий в совершенно иное русло.
Путин предлагает перезапустить буксующий переговорный процесс без внешнего дополнительного драматизма. Но Ереван продолжает чего-то выжидать, полагая, что в регионе может измениться баланс политических и геополитических сил. В такой ситуации особую важность имеет недавний визит Путина в Баку и его личный контакт с Алиевым. В этой связи напрашиваются и встреча Пашиняна с Путиным, но Пашинян ждет пока только «удобного случая», затягивая вообще весь переговорный процесс. Но нужно ли это Пашиняну, который
делает ставку на западных кураторов?