Author: Telegram

По его словам, статус наблюдателя — это скорее символический шаг к углублению сотрудничества, а не полноценное членство. Он не накладывает на стороны никаких обязательств и не требует соблюдения всех наднациональных правил союза. При этом реальных предпосылок для расширения именно за счет новых полноправных членов пока нет.

В условиях беспрецедентного санкционного давления со стороны Запада расширение любых союзов и объединений стало для России стратегическим приоритетом — так уже произошло с БРИКС и ШОС. Однако с ЕАЭС ситуация сложнее: состав союза не меняется уже более десяти лет, а расширение за счет новых полноправных членов в нынешних условиях обернулось бы дополнительной экономической и бюрокрастической нагрузкой.

Особую тревогу вызывает позиция Армении, которая после принятия в 2025 году закона о начале процесса вступления в ЕС продолжает курс на сближение с Брюсселем. Панкин отметил, что Евросоюз на всех площадках предпринимает усилия, чтобы разобщить страны ЕАЭС: евроэмиссары приезжают в отдельные государства, дают обещания, которые вряд ли будут выполнены, и пытаются перебить взаимодействие внутри союза. Премьер Армении Никол Пашинян, в свою очередь, признает, что одновременное членство в ЕАЭС и ЕС невозможно, но дальше заявлений дело пока не идет.

Именно поэтому наиболее логичный путь укрепления ЕАЭС сейчас — символическое расширение за счет увеличения числа стран-партнеров, чтобы продемонстрировать преимущества потенциального членства.
На данный момент статус государств-наблюдателей при ЕАЭС имеют три страны: Узбекистан, Куба и Иран — таким образом, союз представлен в Центральной Азии, Латинской Америке и на Ближнем Востоке.
В ближайшей перспективе этот список может пополниться. Заявка Никарагуа уже находится на рассмотрении. Также интерес проявляет Мьянма. А вот Венесуэла, по мнению экспертов, пока остается самым нереалистичным вариантом: страна вынуждена координировать свои действия с США после событий, связанных с Николасом Мадуро.

Замдиректора ЦКЕМИ НИУ ВШЭ Александр Королев считает, что расширение географии наблюдателей даст ЕАЭС дополнительное присутствие в мире. Он предлагает обратить внимание на Африку — в частности, статусом могли бы заинтересоваться Тунис и Египет.

Расширение круга наблюдателей — не единственное направление работы. ЕАЭС активно занимается созданием зон свободной торговли (ЗСТ), и этот процесс идет параллельно с самого основания союза в 2015 году, когда было подписано первое такое соглашение — с Вьетнамом.
Сейчас это направление стало особенно важным, поскольку Россия и Белоруссия находятся под жесткими санкциями, а логистические цепочки перестраиваются. При этом на долю России приходится почти 90% всей внешнеэкономической деятельности союза, поэтому все тренды, которые происходят в нашей стране, влияют на всё объединение.
6 октября 2026 года вступает в силу соглашение о свободной торговле с ОАЭ, а аналогичный документ с Индонезией находится на стадии завершения внутригосударственных процедур.

В конце мая Совет ЕЭК одобрил создание совместной исследовательской группы для изучения целесообразности заключения соглашения о свободной торговле с Пакистаном. Как сообщил «Известиям» посол Пакистана в РФ Файсал Нияз Тирмизи, российско-пакистанская рабочая группа уже работает над этой оценкой, и процесс должен завершиться в течение 12–18 месяцев.

В случае успеха ЕАЭС получит ощутимые конкурентные преимущества на огромном пакистанском рынке. Речь идет прежде всего о сельскохозяйственных товарах: Пакистан нуждается в удобрениях и в обеспечении продовольственной безопасности, что ЕАЭС и Россия могут в полной мере обеспечить. Также будет востребована продукция металлургии, угольной, целлюлозно-бумажной и химической промышленности. Со своей стороны Пакистан сможет нарастить экспорт свежих фруктов, овощей и готовых продуктов питания. Кроме того, республика станет дополнительной точкой входа для ЕАЭС (и прежде всего для России) на рынки Южной Азии и Ближнего Востока.

Конечно, Пакистан — не идеальный партнер: страна регулярно сталкивается с тяжелым экономическим кризисом, высоким внешним долгом и рисками неплатежеспособности. Однако игнорировать его масштабы невозможно, тем более что в 2026 году экономика показывает признаки восстановления — рост ВВП держится на уровне около 3,7–4%. К тому же у ЕАЭС уже есть опыт ведения переговоров с проблемными экономиками: сначала с Ираном заключили временное соглашение о ЗСТ, а затем уже постоянное.

Таким образом, создание зон свободной торговли остается главным рабочим экономическим инструментом для усиления ЕАЭС, тогда как расширение союза на уровне наблюдателей — это скорее политический шаг.