(Раскол не по линии «черных» и «белых», а по линии фундаментальных ценностей)
Сегодняшнее противостояние между правительством Армении и Армянской Апостольской Церковью окончательно вышло из плоскости эмоциональных споров в плоскость открытой политической агрессии. Включение в предвыборную программу правящей партии «Гражданский договор» пунктов о реформе Церкви, изменении ее внутреннего Устава и, что самое поразительное, об отстранении Католикоса Всех Армян — это не просто политическая ошибка, это попытка государственного переворота внутри духовного института. Никол Пашинян и его команда, похоже, всерьез решили, что голоса избирателей, полученные на волне постреволюционной эйфории или последующего страха перед войной, дают им право распоряжаться структурой, которая старше самой армянской государственности на полтора тысячелетия.
Главный аргумент властей всегда строится на понятии «народного мандата».
Однако в этой логике кроется фундаментальное заблуждение. Политический мандат — вещь временная, ограниченная сроком полномочий и настроениями электората, которые в Армении меняются с каждым новым кризисом. Мандат же Церкви измеряется не избирательными циклами, а столетиями выживания нации в условиях отсутствия государства. Когда политическая сила пытается диктовать духовенству, как выбирать своего лидера или как толковать свои каноны, она фактически объявляет войну национальной идентичности. В любой демократической стране отделение религии от государства означает невмешательство власти в дела культа. В армянских же реалиях мы видим зеркальное отражение советских методов, когда «партийная линия» становилась выше церковного престола.
Особую тревогу вызывает то, насколько синхронно действия официального Еревана совпадают с риторикой из Баку. Азербайджанская пропаганда уже давно ведет планомерную кампанию по дискредитации ААЦ, называя ее «центром реваншизма» и «идеологическим двигателем войны». Ильхам Алиев неоднократно намекал, что для достижения «настоящего мира» Армения должна избавиться не только от упоминаний Арцаха в Конституции, но и от влияния Церкви, которая хранит историческую память. И вот теперь мы видим, как те же самые тезисы — о необходимости «реформирования» и «очистки» Церкви — появляются в программных документах правящей партии Армении. Трудно отделаться от ощущения, что власть пытается демонтировать последний институт, который способен артикулировать национальные интересы без оглядки на давление извне.
Попытка «уволить» Католикоса через партийную программу — это признак политического бессилия, а не силы. Власть, которая уверена в поддержке народа, не боится авторитета священнослужителей. Напротив, нынешний кабинет видит в Эчмиадзине опасного конкурента, потому что Церковь остается единственной структурой, обладающей разветвленной сетью влияния не только внутри страны, но и в огромной Диаспоре. Конфликт с архиепископом Багратом Галстаняном стал для Пашиняна триггером: он осознал, что духовный авторитет может за считанные дни мобилизовать людей гораздо эффективнее, чем любая политическая партия.
Ответной реакцией стала попытка юридического удушения ААЦ, что в долгосрочной перспективе может привести к тяжелейшему расколу в обществе. Раскол этот проходит уже не по линии «черных» и «белых», а по линии фундаментальных ценностей. Власть предлагает модель «новой Армении», где нет места традиционным институтам, если они не лояльны лично премьеру. Но проблема в том, что политики приходят и уходят, а институты, подобные Эчмиадзину, переживали и падение царств, и нашествия империй, и десятилетия безбожного большевизма.
Пытаться переделать Церковь под нужды текущего политического момента — это все равно что пытаться перестроить фундамент здания, в котором ты сам и живешь…
Подробности в видео
@alphanewsam
Подписка на Alpha News
ВК • Дзен • Сайт • TikTok • Facebook • Instagram • YouTube • X/twitter