Турецкий президент намеревается извлечь выгоду из своей поддержки Европы в сфере безопасности
В преддверии саммита НАТО в Анкаре, 7-8 июля, президент Турции Эрдоган умножил число заявлений о незаменимом участии его страны, если Европа желает построить подлинную политику безопасности. Турция обладает несомненными промышленными преимуществами, однако перед европейскими лидерами встает вопрос: целесообразно ли формальное партнерство с их турецким коллегой в нынешнем геополитическом контексте?
Позиция Анкары опирается на два столпа: сильный президент и мощная оборонная промышленность. Действительно, Турция создала конкурентоспособную оборонную промышленность во многих сегментах. Параллельно с этим Эрдоган, испытывающий трудности на внутреннем фронте, заботится о продвижении соглашений между турецкими и европейскими фирмами. На национальном уровне для него речь идет о том, чтобы скрыть свои неудачи в экономической и социальной сферах и утвердиться в качестве авторитетной фигуры Турции в мире, переживающем глубокие потрясения. На международном уровне цель состоит в том, чтобы заставить замолчать внешних партнеров по поводу его методов управления.
Реакция европейских лидеров выглядит растерянной. Многие из них соглашаются со словами турецкого президента. Великобритания, со своей стороны, строит стратегическое партнерство с Турцией.
В оборонном секторе существуют причины для сотрудничества с Турцией. Её оборонная промышленность сегодня демонстрирует широкий спектр техники: боеприпасы, артиллерию, бронетехнику, воздушные и морские дроны, ракетные комплексы, учебно-тренировочные самолеты и военные корабли. Эффективность турецких дронов на некоторых театрах военных действий (война между Азербайджаном и Арменией, конфликт в Украине) и коммерческие соглашения в сфере обороны (с Германией, Испанией, Францией, Италией, Польшей, Румынией и Великобританией) являются наиболее очевидными иллюстрациями турецкого преимущества.
Амбивалентные позиции Турции в последние годы — скрытая помощь Ирану, интеграция российских зенитно-ракетных комплексов С-400 в 2019 году, отсутствие санкций против России с 2022 года и партнерство с этой страной в ядерной и нефтегазовой сфере, осуждение Израиля, но не ХАМАС, близость с Трампом — представляют собой немало причин сомневаться в необратимости обязательств турецкого президента перед Европой на фоне враждебных намерений, демонстрируемых в ее адрес Кремлем и Белым домом.
Евро-турецкое сотрудничество в сфере безопасности уже идет. У стран Старого Света есть веские причины позволить своим оборонным предприятиям сотрудничать с турецкими коллегами. Однако президент Эрдоган хочет гораздо большего: монетизировать свою поддержку безопасности Европы. Для него получение личной политической компенсации от саммита НАТО и европейцев действительно способствовало бы укреплению долговечности его власти. И наоборот, предоставление ему центральной роли в европейской архитектуре безопасности означало бы привязать оборону Европы к главе государства, который в унисон со своими партнерами в Кремле и Белом доме отвергает верховенство закона.
Для Путина и Трампа это послужит доказательством упадка Европы. Для демократов в Турции это продемонстрировало бы цинизм Европы: поддержка на словах, но отстраненнность, как только на кону оказываются жизненно важные интересы. Для Франции это подсказало бы избирателям на президентских выборах 2027 года, что ценности Республики могут раствориться в реал-политик, которую проповедуют экстремистские силы. Для всей Европы это было бы не просто вопросом ценностей, речь шла бы о выживании ее демократической системы.
В конечном счете безопасность Европы выиграет от партнерства с турецкой промышленностью, но она не требует предоставления Эрдогану личной роли. Сделка с автократией не является неизбежностью. Внезапное падение Виктора Орбана доказало это. Напротив, демократия — это сама суть безопасности Европы.
Марк Пьерини — бывший посол Европейского союза в Турции (2006–2011 гг).
Le Monde