Author: Telegram

Самое красноречивое доказательство того, что эта инициатива продиктована исключительно приближающимися выборами, — её полное отсутствие в государственном бюджете на 2026 год. Когда в конце прошлого года верстался главный финансовый документ страны, о поддержке крестьян никто и не заикался. Не было в бюджете ни строки о повышении пенсий, ни намека на субсидии таксистам, ни упоминания о нынешней аграрной программе. Всё это появилось внезапно, спонтанно — ровно тогда, когда власть начала лихорадочно нащупывать болевые точки электората, чтобы купировать растущее недовольство.

О чём конкретно идёт речь? Программа рассчитана на 2026-2027 годы и предполагает выдачу беспроцентных кредитов в размере от одного до двух миллионов драмов сроком до трёх лет. Правительство берёт на себя оплату всех процентов — но не более четырнадцати процентов годовых. Только до конца этого года планируется выдать двадцать тысяч таких кредитов на общую сумму сорок миллиардов драмов. Из кармана налогоплательщика на это уйдёт около двух миллиардов. Сумма кредита намеренно ограничена — два миллиона, не больше. Почему? Потому что целевая аудитория программы — именно мелкие крестьянские хозяйства, составляющие основную массу сельского населения. Те самые, чьи голоса особенно ценны на выборах.

Однако стоит вспомнить, что всё это уже было. Седьмого марта 2019 года правительство уже принимало практически идентичную программу субсидирования кредитных процентов для села. Она просуществовала недолго и тихо сошла на нет. Где гарантия, что нынешняя инициатива не повторит её судьбу сразу после того, как выборы останутся позади? Собственно, даже внутри правительства нет единства относительно целесообразности этой затеи. Министерство финансов прямо указало на избыточность программы: у нас и так действует целый веер мер поддержки — от субсидирования закупок сельхозсырья до «умных» хлевов и интенсивного садоводства. Зачем плодить ещё одну, если старые толком не работают?

Но самое показательное — это вопрос контроля. Практика прошлых лет показывает: значительная часть этих денег уходит вовсе не на развитие хозяйства, а на совершенно иные нужды. Когда Министерство территориального управления предложило проверять хотя бы 20% получателей, Минэкономики ответило отказом — мол, ресурсов для мониторинга нет. Минфин предложил снизить планку до пяти-десяти процентов, то есть проверить всего тысячу-две тысячи хозяйств. Ответ тот же — нечем, некогда, не будем.
Итог удручающий. Власти откровенно разбрасывают бюджетные средства, не слишком заботясь об их целевом использовании. Главное — создать видимость заботы, «залить» деньгами собственный провал в аграрной политике и продержаться до выборов. О том, что доля сельского хозяйства в ВВП страны рухнула с пятнадцати процентов в 2017 году до менее чем восьми процентов сегодня, предпочитают не вспоминать. О сокращении поголовья скота и деградации национального агропрома — тоже. Вместо системных реформ крестьянам в очередной раз предлагают «вертолётные деньги» в обмен на лояльность у избирательных урн. И когда предвыборный угар пройдёт, село снова останется один на один со своими проблемами — до следующих выборов, когда власть вновь вспомнит о «любимых сельчанах».