Category: Փետրվարի 20 / 20-е Февраля

В 2026 году авианосцу USS Gerald R. Ford исполнится 9 лет с момента ввода в эксплуатацию и около 21 года с момента закладки.
И надо же такому случится, что пожар в прачечной авианосца случается именно в момент проведения боевых операций в зоне Красного моря прикрывая воздушное пространство Израиля от баллистических ракет и готовности атаковать Йемен.

Дэнни Цитринович — бывший главный иранист израильской военной разведки «АМАН» и глава иранского направления в Отделе исследований и анализа:
Как ни поступи — всё плохо: США и Израиль сталкиваются с двумя неблагоприятными вариантами действий в отношении Ирана.
1. По сообщениям разведки США, иранский режим остаётся стабильным. Это не должно удивлять: Исламская Республика построена на институтах, специально созданных для выживания в кризисах — даже серьёзных.
Если режим не находится на грани краха, перед Вашингтоном и Иерусалимом возникает стратегическая дилемма.
Вариант A: свернуть конфликт.
Но это, вероятно, оставит более радикализированный иранский режим, который будет стремиться восстановить свои военные возможности и со временем возобновить ядерную программу. Экономика Ирана слаба, а внутри страны существуют серьёзные напряжения.
Однако войны часто в краткосрочной перспективе укрепляют режимы — за счёт национализма, страха и усиления репрессий.
Вариант B: резко усилить эскалацию в надежде дестабилизировать режим.
Но такая эскалация почти неизбежно вызовет гораздо более жёсткий ответ Ирана — без гарантий падения режима. И даже если режим ослабнет, наиболее вероятным исходом может стать не демократия, а хаос, фрагментация или гражданская война в стране с населением около 90 миллионов человек.
2. Поэтому трудно назвать текущую кампанию однозначной «победой». Да, с оперативной точки зрения США и Израиль продемонстрировали превосходство в разведке и военной силе. Но операционный успех ≠ стратегический успех, особенно когда у кампании всё ещё нет чётко сформулированных и измеримых стратегических целей.
3. Тем временем риски растут:
нестабильность в Заливе
рост цен на нефть
возможная эскалация со стороны хуситов
распространение конфликта на Ливан и Ирак, возможно также на Йемен.
Вывод:
Последние события вновь показывают классический разрыв между военными возможностями и стратегией. Можно выигрывать сражения, но без чётких целей и стратегии выхода даже впечатляющие военные успехи со временем теряют значение.

Аналитический центр Мешкат:
Анализ стратегии Ирана по нейтрализации ПРО США и их союзников на Ближнем Востоке. Целенаправленные удары по РЛС и компонентам интегрированной ПРО, чтобы ослабить способность США обнаруживать и сопровождать угрозы в регионе и тем самым подорвать работу единой сети ПРО Центрального командования США.
Первый шаг КСИР: атака на радар AN/FPS-132 в Катаре стоимостью $1.1 млрд.
28 февраля 2026 года пресс-служба КСИР сообщила, что иранские силы нанесли ракетный удар по радиолокационной станции раннего предупреждения AN/FPS-132 в Doha. Спутниковые снимки, опубликованные 3 марта, показали, что удар был нанесён по северному сектору станции, отвечающему за мониторинг воздушного пространства в направлении Ирана.
Второй шаг КСИР: атака радара AN/TPY-2 на объекты THAAD в Аль-Рувайсе и Абу-Даби (ОАЭ).
Иранские силы атаковали пусковые установки и радары AN/TPY-2 системы THAAD, сосредоточив удары на радарах обнаружения и сопровождения, а также на вспомогательной инфраструктуре. Эти радары являются ключевыми сенсорами для перехвата баллистических целей.
Третий шаг КСИР: атака AN/TPY-2 в районе Эр-Рияда, Саудовская Аравия.
Следующим шагом стала атака на батарею THAAD юго-восточнее Эр-Рияда, недалеко от авиабазы принца Султана. Удары были аналогичны атаке в Аль-Рувайсе, сосредоточены на радарах AN/TPY-2 и инфраструктуре.
Четвёртый шаг КСИР: атака AN/TPY-2 на авиабазе Муваффак-Салти, Иордания.
4 марта спутниковые снимки показали, что КСИР нацелился на недавно развернутый радар AN/TPY-2 на южном секторе авиабазы. Это свидетельствует о возможности быстрого обнаружения и приоритетного поражения новых объектов противоракетной обороны.
Технический и стратегический контекст:
Радар AN/TPY-2 — высокотехнологичная активная фазированная антенная решетка с 25 344 элементами, работающая в X-диапазоне, способная обнаруживать и сопровождать баллистические ракеты на 1000–3000 км. Производство одного радара AN/TPY-2 может достигать $500 млн, отражая высокую технологичность и сложность изготовления.
Всего произведено минимум 16 радаров для THAAD: 13 для США (7–8 батарей + резервные), 2 для ОАЭ, 7 для Саудовской Аравии (2 уже развернуты).
Хотя эти системы формально принадлежат арабским странам, их стратегическая цель — поддержка широкой архитектуры противоракетной обороны США и укрепление обороны Израиля. Географическое размещение делает их интегрированными в региональную систему, что увеличивает риск ответных ударов в случае конфликта.
Вывод: судя по спутниковым снимкам и анализу, несколько радаров и батарей THAAD стали прямыми целями иранских ударов, демонстрируя приоритетность этих объектов в стратегии Ирана по ослаблению региональной сети противоракетной обороны.
Al Jazeera

Административное здание банка Sepah — один из крупнейших и старейших Ирана — было атаковано в Tегеране.
Иран пригрозил ударами по экономическим центрам и банкам на Ближнем Востоке, связанным с США и Израилем.
Финансовые учреждения, связанные с США и Израилем, в основном сосредоточены в ОАЭ, прежде всего в Дубае и Абу-Даби.
Американские банки с глобальным присутствием в ОАЭ: JPMorgan Chase, Goldman Sachs, Citigroup, Bank of America, Morgan Stanley.
Dubai International Financial Centre (DIFC) — финансовый район площадью около 110 гектаров, обслуживающий компании на Ближнем Востоке, в Африке и Южной Азии.
В Дубае сейчас проживает 237 человек с состоянием более $100 млн и около 20 c состоянием более $1 млрд.
Общее число миллионеров превышает 81 000 человек.
120 крупнейших семей, работающих через DIFC, управляют активами более чем на $1,2 трлн.
По сообщениям CNBC, финансовый статус города как безопасной гавани уже страдает, сверхбогатые начинают покидать регион.
Даже до возможного иранского удара по DIFC Дубай может навсегда потерять роль одного из ведущих мировых финансовых центров.
Перебои в работе глобальных банков в DIFC могут вызвать панику на рынках, резкое падение банковских акций, масштабный отток капитала, серьёзный репутационный удар по финансовой системе, ориентированной на США.
Сильный удар по экономике Израиля: воздушная война с Ираном может обходиться примерно в $2,93 млрд в неделю. Удары по израильским банкам могут дополнительно ослабить экономику, обвалить шекель и спровоцировать внутренний финансовый кризис.
Удар по экономике стран Персидского залива: в сочетании с закрытием Ормузского пролива атаки на банковский сектор могут обрушить региональные валюты и резко снизить ВВП стран региона.
Geopolitics Prime

​​Большинство оценок стоимости Shahed-136 основано на анализе российских версий дрона. Публичные оценки практически не опираются на реальную разборку компонентов иранского беспилотника. Реальная стоимость иранского производства может оказаться значительно ниже — а асимметрия стоимости войны ещё более экстремальной. Если бы Иран действительно производил Shahed-136 по цене около $35 000 за единицу, это означало бы серьёзный провал его оборонной промышленности. Стратегия Ирана заключается именно в создании максимально дешёвых систем, которые можно массово производить с минимальной зависимостью от импортных компонентов. Хотя официальная стоимость дрона не раскрывается, даже в иранских публикациях обычно фигурирует диапазон $20 000–50 000 .
По словам одного ученого-исследователя в Тегеране, занятого в оборонной промышленности страны, реальная себестоимость составляет около 6 млрд иранских риалов — примерно $4 000 по текущему курсу. Точную цифру подтвердить сложно, однако она указывает на то, что производство может быть значительно дешевле распространённых оценок.
Низкая стоимость объясняется двумя факторами: сильной девальвацией риала и высокой степенью локализации производства. Двигатель MD-550 производится внутри страны, а электронные компоненты могут собираться локально из импортируемых микроконтроллеров, антенн и других базовых элементов. Такая сборка снижает себестоимость и помогает обходить санкционные ограничения на поставки технологий двойного назначения.
Бывший командующий КСИР генерал Салами однажды заявил, что развитие оборонной промышленности Ирана сделало производство вооружений «таким же простым, как производство велосипедов». Судя по реальной себестоимости Shahed-136, в этих словах может быть гораздо больше правды, чем хотелось бы многим.
Esfandyar Batmanghelidj — директор аналитического центра Bourse & Bazaar Foundation (Лондон). Профессор SAIS (Школа перспективных международных исследований) Университета Джонса Хопкинса.

Эдуард Аракелян, RCDS:
Индийские СМИ сообщили, что министр иностранных дел Индии позвонил министру иностранных дел Ирана и добился соглашения: индийским нефтяным танкерам будет предоставлен безопасный проход через Ормузский пролив при предварительном уведомлении.
Сообщается, что танкеры под индийским флагом Pushpak и Parimal, как утверждается, прошли пролив. Танкер Shenlong под либерийским флагом с индийским капитаном и экипажем, перевозивший саудовскую нефть, прибыл в Мумбаи 10 марта — это стало первым судном, направлявшимся в Индию с начала блокады.
В то же время, 12 марта, иранский источник сообщил агентству Reuters:
«Мы отрицаем, что разрешали нефтяным танкерам под индийским флагом проходить через Ормузский пролив».
То есть тегеранский МИД говорит Джайшанкару одно, а источник Reuters в Тегеране — противоположное. В такой ситуации трудно будет рассчитать, действует ли подобное разрешение на практике.
Иран сегодня не сможет полностью гарантировать то, что говорят представители политического руководства, потому что разные институты внутри иранского государства одновременно делают противоречащие заявления для разных аудиторий.
Это своего рода «мозаичная доктрина» военного времени, применяемая не только в военной сфере, но и в дипломатии. Та же ситуация проявилась и в случае с ударами по Оману. Дипломатическое крыло извиняется за атаку на нефтерминал в порту Салала в Омане, в то время как военное крыло продолжает наносить удары.
То есть если одна структура в Иране выдаёт разрешение, это вовсе не означает, что другая структура — особенно в условиях интенсивной войны — будет его соблюдать или вообще будет в курсе такого решения.
Похожая ситуация проявилась и в эпизоде с Азербайджаном. После падения дронов в Нахичеване, предположительно иранского происхождения, политическое руководство Ирана отрицало причастность страны к этому инциденту, тогда как военные структуры Ирана фактически хранили молчание. Однако уже на следующий день Центральный штаб Ирана, в ответ на оскорбительную риторику президента Азербайджана, озвучил угрозы нанести серьёзные удары по инфраструктуре Азербайджана из-за присутствия на его территории израильских специалистов.
Примечательно, что в ответ Азербайджан фактически промолчал, хотя обычно в подобных ситуациях Баку, в частности Алиев, прибегает зачастую недипломатической риторике. Вместо публичной эскалации были задействованы политические каналы. Состоялся телефонный разговор между иранским президентом и президентом Алиевым после чего Азербайджан даже направил в Иран несколько грузовиков с гуманитарной помощью.
На первый взгляд это может выглядеть как быстрое дипломатическое урегулирование инцидента. Однако на практике это может демонстрировать разрыв внутри иранской системы принятия решений. Взаимодействие политического руководства Ирана с Азербайджаном в подобных эпизодах может происходить параллельно и независимо от действий и риторики военных структур.
Иными словами, договорённости, достигнутые по каналам политического руководства, вовсе не означают, что иранские военные структуры — особенно в условиях продолжающегося военного кризиса — будут их учитывать или считать обязательными для себя.

Массовый запуск реактивных снарядов ливанской группировки Хезболлла по объектам на севере Израиля.
Тоже прорываются через плотное израильское ПВО.

​​Атака иранского дрона по Кувейту в первые часы войны с Ираном, в результате которой погибли шесть американских военнослужащих, оказалась более серьёзной, чем сообщалось ранее.
Как сообщает CBS News десятки военных получили ранения — включая черепно-мозговые травмы, осколочные ранения и ожоги. По меньшей мере одному из пострадавших может потребоваться ампутация конечности.
По данным источников, во вторник вечером более 30 военнослужащих всё ещё находились в госпиталях с боевыми ранениями после атаки в Кувейте:
один — в Brooke Army Medical Center в Сан-Антонио,
12 — в Walter Reed Medical Center в пригороде Вашингтона,
около 25 — в Landstuhl Regional Medical Center в Германии и доставлены на военно-транспортном самолёте C-17 с травмами, которые военные классифицировали как «срочные» и требующие эвакуации. Среди них — тяжёлые черепно-мозговые травмы, потеря памяти и сотрясения мозга.
1 марта в результате отдельного удара по Саудовской Аравии погиб как минимум один американец. Сколько ещё людей могли быть ранены — неясно.
Во вторник, на 11-й день войны, представитель Пентагона Шон Парнелл заявил, что всего на данный момент ранены около 140 американских военнослужащих, не уточнив, где и когда они получили ранения.
CBS