Стратегия, использовавшаяся Ираном в ходе прошлой войны летом 2025 года, в новых условиях будет явно недостаточной. Если на этот раз инициатива ударов будет исходить от США, характер конфликта принципиально изменится. Ключевым направлением противостояния может стать море, что предполагает задействование иранских военно‑морских возможностей, береговых противокорабельных средств и ракет дальнего радиуса действия как фактора повышения цены эскалации для противника.
В последние годы Тегеран целенаправленно развивает москитный флот, дополняя его береговыми противокорабельными батареями, а также ракетными средствами, способными поражать цели на значительной глубине.
Если США вместе с Израилем начнут серию ударов, вопрос будет не в том, сложно ли уничтожить иранские наступательные возможности, а в том, что они обязаны попытаться уничтожить их максимально полно и в кратчайшие сроки. Логика американских действий будет заключаться в выведении из строя всех элементов, способных обеспечить жёсткий ответ в направлении американских баз в регионе. В первую очередь речь идёт о крупных узлах в Катаре (авиабаза Удейд), Бахрейне (штаб 5‑го флота ВМС США) и ОАЭ.
Помимо этого, под угрозой оказался бы американский флот. И если йеменские хуситы смогли создать серьёзные проблемы американской авианосной группировке, то можно столкнутся с гораздо большими рисками в случае прямого конфликта с Ираном.
Неполное выполнение задачи по подавлению будет означать сохранение у Ирана способности к масштабному ответу. Ответ Ирана по морским и авиационным компонентам США может быть жёстким, а цена дальнейшей эскалации резко возрастёт.
Основу ВМС Ирана составляют малые боевые корабли и катера — несколько сотен ударных катеров и развитая сеть береговых противокорабельных ракет, большая часть размещена в подземных укрытиях.
Имеются как минимум 4 быстроходных ракетных катамарана типа «Шахид Сулеймани», каждый из которых несёт 6 крылатых ракет дальностью 700 км, а также несколько фрегатов, эсминцев и кораблей поддержки на базе крупных торговых судов, способные нести дроны и ракетное вооружение.
Иран располагает как минимум 25 подводными лодками, включая 3 российские ДЭПЛ класса Kilo, иранские Fateh и малые иранские подлодки для действий в Ормузском проливе и в Аравийском море, с возможностью скрытного пуска крылатых ракет и применения высокоскоростных суперторпед Hoot на дальность до 10 км и скоростью 360 км/ч (100 м/с).
Несмотря на уязвимость перед США, скрытное развёртывание пусковых установок и массовый залп десятками противокорабельных ракет и тяжелых дронов может перегрузить ПВО авианосной группы.
Серьёзной угрозой остаётся блокада Ормузского пролива, через который проходит основная часть экспорта нефти и СПГ стран Персидского залива (82% нефти в Азию, остальное в Европу и около 25% СПГ в Китай). Такое развитие событий неминуемо приведёт к масштабной региональной эскалации и глобальным экономическим последствиям.
Это все конечно с условием, если в Иране с первых дней не развалится управление и не будут уничтожены наступательные средства в первые дни.
В последние годы Тегеран целенаправленно развивает москитный флот, дополняя его береговыми противокорабельными батареями, а также ракетными средствами, способными поражать цели на значительной глубине.
Если США вместе с Израилем начнут серию ударов, вопрос будет не в том, сложно ли уничтожить иранские наступательные возможности, а в том, что они обязаны попытаться уничтожить их максимально полно и в кратчайшие сроки. Логика американских действий будет заключаться в выведении из строя всех элементов, способных обеспечить жёсткий ответ в направлении американских баз в регионе. В первую очередь речь идёт о крупных узлах в Катаре (авиабаза Удейд), Бахрейне (штаб 5‑го флота ВМС США) и ОАЭ.
Помимо этого, под угрозой оказался бы американский флот. И если йеменские хуситы смогли создать серьёзные проблемы американской авианосной группировке, то можно столкнутся с гораздо большими рисками в случае прямого конфликта с Ираном.
Неполное выполнение задачи по подавлению будет означать сохранение у Ирана способности к масштабному ответу. Ответ Ирана по морским и авиационным компонентам США может быть жёстким, а цена дальнейшей эскалации резко возрастёт.
Основу ВМС Ирана составляют малые боевые корабли и катера — несколько сотен ударных катеров и развитая сеть береговых противокорабельных ракет, большая часть размещена в подземных укрытиях.
Имеются как минимум 4 быстроходных ракетных катамарана типа «Шахид Сулеймани», каждый из которых несёт 6 крылатых ракет дальностью 700 км, а также несколько фрегатов, эсминцев и кораблей поддержки на базе крупных торговых судов, способные нести дроны и ракетное вооружение.
Иран располагает как минимум 25 подводными лодками, включая 3 российские ДЭПЛ класса Kilo, иранские Fateh и малые иранские подлодки для действий в Ормузском проливе и в Аравийском море, с возможностью скрытного пуска крылатых ракет и применения высокоскоростных суперторпед Hoot на дальность до 10 км и скоростью 360 км/ч (100 м/с).
Несмотря на уязвимость перед США, скрытное развёртывание пусковых установок и массовый залп десятками противокорабельных ракет и тяжелых дронов может перегрузить ПВО авианосной группы.
Серьёзной угрозой остаётся блокада Ормузского пролива, через который проходит основная часть экспорта нефти и СПГ стран Персидского залива (82% нефти в Азию, остальное в Европу и около 25% СПГ в Китай). Такое развитие событий неминуемо приведёт к масштабной региональной эскалации и глобальным экономическим последствиям.
Это все конечно с условием, если в Иране с первых дней не развалится управление и не будут уничтожены наступательные средства в первые дни.