Category: Փետրվարի 20 / 20-е Февраля

Французские следователи заявляют, что российская военная разведка (ГРУ), пыталась завербовать корсиканских националистов через НПО SOS Donbass для подготовки возможных пророссийских операций на острове.
Корсиканские националисты — это политические группы, выступающие за полную независимость Корсики от Франции.
Венсан Перфетти (французский гражданин корсиканского происхождения, председатель ассоциации SOS Donbass) поддерживал контакты с двумя сотрудниками ГРУ. По данным следствия, именно по их поручению он должен был установить связи с корсиканскими националистами. В материалах фигурирует его собственный «проект № 1» — вербовка в Корсике для проведения «более решительных действий». Целью было возможное создание «корсикано-российских» операций и сближение ГРУ с партией Nazione, выступающей за независимость Корсики.
В ноябре 2025 года французская контрразведка (DGSI) задержала нескольких руководителей ассоциации SOS Donbass. Им были предъявлены обвинения, связанные с деятельностью в интересах иностранного государства и сбором информации, представляющей интерес для иностранной державы.
Французские спецслужбы также связывают SOS Donbass с рядом информационных кампаний и акций влияния в пользу российских интересов во Франции.
Любопытно, что последние два года Бакинская инициативная группа (BIG) последовательно выстраивает сотрудничество с корсиканскими националистическими организациями, прежде всего с движением Nazione, выступающим за независимость острова.
В мае 2025 года BIG и движение Nazione совместно провели в Риме конференцию «National Identity, Resistance, and Sovereignty: Prospects for Corsica», посвященную «деколонизации» Корсики и критике французской политики на острове.
BIG также оказывает информационную поддержку корсиканской теме: публикует материалы о «праве Корсики на самоопределение», организует тематические мероприятия и продвигает вопрос включения Корсики в повестку международных организаций.
Французское следствие утверждает, что российские спецслужбы пытались наладить тайные контакты с корсиканскими националистами через SOS Donbass, тогда как Азербайджан открыто взаимодействует с движением Nazione через BIG.

Турецкий президент намеревается извлечь выгоду из своей поддержки Европы в сфере безопасности
В преддверии саммита НАТО в Анкаре, 7-8 июля, президент Турции Эрдоган умножил число заявлений о незаменимом участии его страны, если Европа желает построить подлинную политику безопасности. Турция обладает несомненными промышленными преимуществами, однако перед европейскими лидерами встает вопрос: целесообразно ли формальное партнерство с их турецким коллегой в нынешнем геополитическом контексте?
Позиция Анкары опирается на два столпа: сильный президент и мощная оборонная промышленность. Действительно, Турция создала конкурентоспособную оборонную промышленность во многих сегментах. Параллельно с этим Эрдоган, испытывающий трудности на внутреннем фронте, заботится о продвижении соглашений между турецкими и европейскими фирмами. На национальном уровне для него речь идет о том, чтобы скрыть свои неудачи в экономической и социальной сферах и утвердиться в качестве авторитетной фигуры Турции в мире, переживающем глубокие потрясения. На международном уровне цель состоит в том, чтобы заставить замолчать внешних партнеров по поводу его методов управления.
Реакция европейских лидеров выглядит растерянной. Многие из них соглашаются со словами турецкого президента. Великобритания, со своей стороны, строит стратегическое партнерство с Турцией.
В оборонном секторе существуют причины для сотрудничества с Турцией. Её оборонная промышленность сегодня демонстрирует широкий спектр техники: боеприпасы, артиллерию, бронетехнику, воздушные и морские дроны, ракетные комплексы, учебно-тренировочные самолеты и военные корабли. Эффективность турецких дронов на некоторых театрах военных действий (война между Азербайджаном и Арменией, конфликт в Украине) и коммерческие соглашения в сфере обороны (с Германией, Испанией, Францией, Италией, Польшей, Румынией и Великобританией) являются наиболее очевидными иллюстрациями турецкого преимущества.
Амбивалентные позиции Турции в последние годы — скрытая помощь Ирану, интеграция российских зенитно-ракетных комплексов С-400 в 2019 году, отсутствие санкций против России с 2022 года и партнерство с этой страной в ядерной и нефтегазовой сфере, осуждение Израиля, но не ХАМАС, близость с Трампом — представляют собой немало причин сомневаться в необратимости обязательств турецкого президента перед Европой на фоне враждебных намерений, демонстрируемых в ее адрес Кремлем и Белым домом.
Евро-турецкое сотрудничество в сфере безопасности уже идет. У стран Старого Света есть веские причины позволить своим оборонным предприятиям сотрудничать с турецкими коллегами. Однако президент Эрдоган хочет гораздо большего: монетизировать свою поддержку безопасности Европы. Для него получение личной политической компенсации от саммита НАТО и европейцев действительно способствовало бы укреплению долговечности его власти. И наоборот, предоставление ему центральной роли в европейской архитектуре безопасности означало бы привязать оборону Европы к главе государства, который в унисон со своими партнерами в Кремле и Белом доме отвергает верховенство закона.
Для Путина и Трампа это послужит доказательством упадка Европы. Для демократов в Турции это продемонстрировало бы цинизм Европы: поддержка на словах, но отстраненнность, как только на кону оказываются жизненно важные интересы. Для Франции это подсказало бы избирателям на президентских выборах 2027 года, что ценности Республики могут раствориться в реал-политик, которую проповедуют экстремистские силы. Для всей Европы это было бы не просто вопросом ценностей, речь шла бы о выживании ее демократической системы.
В конечном счете безопасность Европы выиграет от партнерства с турецкой промышленностью, но она не требует предоставления Эрдогану личной роли. Сделка с автократией не является неизбежностью. Внезапное падение Виктора Орбана доказало это. Напротив, демократия — это сама суть безопасности Европы.
Марк Пьерини — бывший посол Европейского союза в Турции (2006–2011 гг).
Le Monde

В ночь на 4 июля Украина нанесла удар по территории России как минимум пятью крылатыми ракетами FP-5 Flamingo, предположительной целью которого был Воткинский завод в Удмуртии, производящий ракеты для оперативно-тактических комплексов «Искандер».
По данным украинского мониторингового канала «КіберБорошно», все ракеты были перехвачены российской системой ПВО. Согласно данным украинской системы OCHI AI, полёт продолжался примерно с 01:10 до 03:00. Маршрут был проложен на предельно малых высотах вдоль Волги с использованием особенностей рельефа для снижения заметности. После прохождения района Волгограда ракеты направились в сторону Ульяновска, а затем через территорию Чувашии, обходя зоны вероятного обнаружения.
Первые перехваты произошли в районах Энгельса и Балаково. Часть ракет была уничтожена авиацией при повторном выходе к Волге в направлении Казани. Последняя ракета, приблизившаяся непосредственно к Воткинску, была сбита наземным зенитным ЗРК.
По утверждению источника, ключевую роль в отражении атаки сыграл самолёт дальнего радиолокационного обнаружения А-50У. Примерно за полчаса до подхода ракет он начал патрулирование над районами Ульяновской и Самарской областей, а также Башкортостаном, что позволило обнаруживать низколетящие цели над руслами рек и в холмисто-лесистой местности, где возможности наземных РЛС ограничены.
Украинский In Factum отмечает, что успешное применение А-50У для наведения средств ПВО вновь подчёркивает важность вывода из строя оставшихся российских самолётов ДРЛО.
До начала войны Россия располагала примерно 10 самолётами А-50 и А-50У. Два или три из них были уничтожены украинской стороной, ещё несколько считаются небоеготовыми. В настоящее время, по этим оценкам, в составе ВКС России остаётся около пяти боеготовых самолётов данного типа, которые являются крайне дефицитным ресурсом.

2 июля правительство Украины утвердило механизм экспорта оборонных технологий и вооружений без ущерба для обеспечения собственных вооружённых сил.
Экспорт будет разрешён только странам, заключившим с Киевом межправительственные соглашения в рамках программы Drone Deal. По словам президента Зеленского, такие соглашения уже подписаны с 27 государствами, из которых 15 стран НАТО.
Часть экспортной выручки направят на развитие украинского ОПК: 20% — от экспорта готовой продукции и технологий, 30% — от экспорта комплектующих.
По словам главы Украинского совета оборонной промышленности, экспорт будет возможен только при соблюдении ряда условий. Заявки должны рассматриваться не более 30 дней, а сам механизм распространяется на сделки стоимостью от 15 млн гривен (около $338 000). Перечень стран-партнёров определяет МИД Украины, список запрещённых к передаче технологий — Минобороны совместно с другими государственными органами.
Передача технологий не означает передачу прав интеллектуальной собственности. Реэкспорт или передача третьим сторонам допускаются только с письменного согласия Украины. Если продукция, созданная по украинским технологиям, экспортируется в третьи страны, 20% её стоимости должны поступать в государственный бюджет Украины.
Ключевым условием остаётся полное обеспечение потребностей украинской армии: экспорт будет разрешён только в случае, если производитель способен одновременно выполнять государственные и зарубежные заказы. Под действие нового механизма могут подпасть и украинские дешёвые дроны-перехватчики.
Глава Украинского совета оборонной промышленности также предупредил, что Государственная служба экспортного контроля может столкнуться с перегрузкой из-за большого количества заявок, поэтому одновременно с запуском механизма необходимо увеличить штат ведомства и повысить уровень оплаты труда сотрудников.
1 июля Государственная служба экспортного контроля уже выдала первое разрешение на экспорт партии ударных беспилотников F10 компании F-Drones, которая поставила в США 2 000 дронов по программе Drone Dominance.
Управляющий директор альянса New Age Defence Екатерина Михалко считает, что Украина должна экспортировать не только беспилотники, но и свой боевой опыт. По её мнению, союзникам необходимо помогать создавать полноценные экосистемы применения БПЛА, включая промышленную базу, военную доктрину, подготовку личного состава и механизмы взаимодействия армии с промышленностью. Она также предлагает создать механизм передачи украинского боевого опыта, в том числе с привлечением лицензированных частных военных компаний для подготовки иностранных военных.
По её мнению «авторитарные режимы способны действовать быстро и централизованно. Поэтому демократиям необходимо научиться быть не менее эффективными — не отказываясь от принципов свободного рынка, а создавая новые модели взаимодействия между государством, вооружёнными силами и промышленностью»

Азербайджанское министерство обороны показало тренировочные полеты своих ВВС с участием недавно приобретенных китайско-пакистанских многоцелевых истребителей JF-17C Block3, а также модернизированных в Турции Су-25ML с обновленной авионикой и расширенными возможностями применения высокоточного вооружения.
В кадре также обычные Су-25 и учебно-тренировочные L-39 чехословацкого производства.

Дэнни Цитринович, бывший глава отдела по Ирану израильской военной разведки «Аман»:
Тем, кто следит за развитием событий вокруг Ирана, нужно внимательнее прислушиваться к аналитикам, которые не заинтересованы в том, чтобы подтолкнуть США к очередной затяжной войне с Ираном, и которые не игнорировали все предупреждающие сигналы, противоречившие их собственным предположениям.
Иран слишком важен, а ставки слишком высоки, чтобы оставлять обсуждение тем, чья главная цель — продвижение военной эскалации, а не объективный анализ.
Некоторым экспертам и аналитическим центрам стоило бы меньше времени тратить на призывы к новой войне с Ираном и больше — на осмысление того, почему они поддерживали военную кампанию, которая так и не достигла заявленных целей.
Вместо того чтобы ослабить Исламскую Республику, война во многом укрепила позиции иранского руководства, усилив его политические позиции и внутреннюю легитимность.
Однако вместо признания этих итогов некоторые уже призывают к новому витку военной эскалации. Такой подход игнорирует уроки недавнего конфликта и создает риск повторения тех же стратегических ошибок.
Дискуссия об Иране заслуживает строгого, основанного на фактах анализа, а не рекомендаций, продиктованных идеологией или желаемым за действительное.
Поразительно, что некоторые действительно верили, будто ограниченная морская блокада способна поставить Иран на колени.
Подобные оценки свидетельствуют о фундаментальном непонимании особенностей иранской экономики, ее механизмов адаптации к кризисам и готовности Тегерана нести значительные издержки ради достижения своих стратегических целей.
Последние шаги администрации США позволяют предположить, что влияние наиболее радикально настроенных сторонников силового курса постепенно ослабевает, и это можно считать позитивной тенденцией.
Более сдержанный и прагматичный подход снижает риск новой дорогостоящей военной конфронтации и оставляет больше возможностей для дипломатии и реалистичной внешней политики.
Вывод прост: серьезная политика требует серьезного анализа, а не иллюзий и принятия желаемого за действительное.

В среду, в Аравийском море произошла авария вертолета MH-60S Sea Hawk ВМС США, который упал в воду. Согласно заявлению Центрального командования ВМС США, инцидент произошел во время выполнения планового полета. Вертолет был приписан к авианосцу USS George H.W. Bush и действует в зоне ответственности 5-го флота США.
На борту находились четыре члена экипажа. Троих удалось обнаружить, после чего они были доставлены на авианосец. По данным американских военных, их состояние оценивается как стабильное.
Поиски четвертого военнослужащего продолжались, однако 5 июля объявлено о прекращении поисков. Военнослужащий считается пропавшим без вести.
ВМС США заявили, что не располагают какими-либо признаками того, что авария была вызвана огнем противника. Причины происшествия пока официально не установлены.
MH-60S Sea Hawk является основной многоцелевой машиной палубной авиации ВМС США и используется для выполнения разных задач в составе авианосной ударной группы.

Турецкая Roketsan опубликовала видеозапись испытания ракеты Tayfun Block-3 с поражением движущейся надводной цели. Демонстрация подтвердила наличие у ракеты системы терминального наведения, позволяющей эффективно поражать маневрирующие морские цели.
Создание ракеты Tayfun стало результатом сотрудничества и передачи технологий между Roketsan и китайскими корпорациями.
Первым результатом стало лицензионное производство РСЗО WS-1 китайской компании SCAIC под названием Т-300 Kasırga (с 2016 года имеются на вооружении армии Азербайджана).
Затем, при содействии китайской CPMIEC был освоен выпуск ракеты Yıldırım на базе китайской B611, а позднее была разработана ракета Bora до 300 км. Bora стала технологической основой для создания ракеты Tayfun с дальностью +500 км.
Все этапы становления турецкой ракетной программы — Kasırga, Yıldırım, Bora и Tayfun — в той или иной степени были связаны с передачей китайских технологий и сотрудничеством Roketsan с китайскими оборонными компаниями SCAIC и CPMIEC.

​​Изображение боеголовки иранской баллистической ракеты средней дальности Khorramshahr-1.
Khorramshahr-1 остается одним из наиболее мощных элементов иранского ракетного потенциала, сочетая значительную дальность действия, высокую массу полезной нагрузки и возможность поражения целей на большой площади.
По мнению военных аналитиков, в отличие от более новой модификации Khorramshahr-4 (Kheibar), ориентированной на высокоточную доставку моноблочной боевой части и преодоление систем ПРО, версия Khorramshahr-1 способна применять кассетные боеприпасы.
Кассетная боевая часть раскрывается на заданной высоте, рассеивая десятки или даже сотни суббоеприпасов на большой площади. Это делает ракету особенно эффективной против крупных неукрепленных целей — военных аэродромов, складов, районов сосредоточения войск и техники. Ракета накрывает значительную территорию, что усложняет работу систем ПРО, рассчитанных прежде всего на перехват единой боевой части, а не большого количества одновременно падающих поражающих элементов.
Семейство ракет Khorramshahr уже давно является одним из ключевых элементов иранской стратегии сдерживания. Считается, что первоначально ракета была создана на основе северокорейской Hwasong-10, однако впоследствии подверглась глубокой переработке и фактически стала самостоятельной иранской разработкой. Дальность полета Khorramshahr-1 оценивается примерно в 2000 км, что позволяет поражать цели практически на всей территории Ближнего Востока и в отдельных районах Восточной Европы. Одним из главных преимуществ ракеты остается ее высокая грузоподъемность, что и позволяет размещать крупногабаритную кассетную боевую часть.
Более современная модификация Khorramshahr-4 (Kheibar) получила новый жидкостный двигатель, а также ряд решений, направленных на повышение точности и снижение вероятности обнаружения средствами ПРО. Вместе с тем ряд экспертов полагает, что в новой версии Иран отказался от возможности применения кассетной боевой части. Если эта оценка верна, то это свидетельствует о сознательной диверсификации ракетного арсенала: новейшие ракеты предназначаются для высокоточных ударов по защищенным объектам, тогда как Khorramshahr-1 как средство поражения площадных целей.

Ованес Назаретян с материалом о флоте дронов Армении, представленном 28 мая.
Когда Азербайджан начал войну в 2020 году, у Армении не было значимого флота беспилотников. В её распоряжении было несколько разведывательных дронов, практически не было барражирующих боеприпасов, а военное руководство игнорировало угрозу, несмотря на уроки четырёхдневной войны в апреле 2016 года. Азербайджан же в течение предыдущего десятилетия занимался созданием совершенно иного потенциала. За шесть недель войны 2020 года азербайджанская кампания с использованием дронов нанесла огромный урон армянской бронетехнике и личному составу, в то время как у Армении было мало эффективных средств для защиты от ударов или реагирования на них.
Спустя почти шесть лет Ереван продемонстрировал совершенно иную картину.
28 мая были показаны тринадцать моделей дронов отечественного производства от шести частных компаний, наряду с несколькими зарубежными образцами (3 или 4 китайских систем), а несколько прототипов были продемонстрированы на оборонной выставке несколько дней спустя. Армянская индустрия дронов значительно выросла благодаря активным частным инвестициям и государственной поддержке.
Вопрос о том, соответствуют ли представленные системы заявленным характеристикам и могут ли они производиться в больших масштабах, может быть решен только в условиях боевых действий.