Согласно оценкам Центра стратегических и международных исследований (CSIS), только за первые шесть дней Третьей войны в Персидском заливе США выпустили 786 ракет JASSM и 319 ракет Tomahawk. До начала конфликта в арсенале США числилось около 3500 ракет JASSM, то есть за неполную неделю американцы прожгли почти четверть всех запасов ключевого высокоточного оружия.
На сегодняшний день в распоряжении ВВС США, скорее всего, осталась едва ли половина JASSM. Это критично, поскольку именно на них завязана работа всей стратегической авиации: от ветеранов B-52 до невидимок B-1 и B-2. При этом Пентагон не размещал новых заказов на JASSM на 2026 год, так что восполнение арсенала AGM-158 в ближайшее время не предвидится.
С Томагавками история не лучше. Из довоенного запаса в 3200 единиц уже испарилось 10%. На весь 2026 год Пентагон законтрактовал всего 190 новых ракет — это лишь половина от того, что было израсходовано за первые дни конфликта. Темпы восполнения арсеналов безнадежно отстают от военных аппетитов, а деградация ракетного потенциала идет по экспоненте. Промышленный базис США просто не вытягивает интенсивный конфликт с серьезным противником.
На этом фоне угрозы Трампа и Хегсета усилить натиск на Тегеран выглядят скорее как попытка сохранить лицо, когда Штаты постепенно начинают погружаться в вязкую трясину своих же военных амбиций. Американским силам так и не удалось добиться превосходства в воздухе, необходимого для безопасных ковровых бомбардировок иранских городов без риска потери самолетов и пилотов, поэтому вскоре Вашингтону придется осознать, что у любой эскалации есть свои пределы.
В экономической плоскости тот же пожар. ФРС на этой неделе была вынуждена расписаться в собственном бессилии: ставки оставили без изменений, но прогнозы по инфляции резко задрали вверх. При этом рынок труда начал подавать сигналы бедствия — за февраль экономика США уже потеряла 92 тыс. мест.
Аналитики Goldman Sachs подсчитали, что если пролив останется закрытым более 60 дней, нефть гарантированно пробьет исторический пик 2008 года в $147 за баррель. Это станет сокрушительным ударом по авиаперевозкам, логистике и стоимости продуктов питания одновременно. У ФРС просто не осталось хороших ходов: они не могут снижать ставку из-за горящей инфляции, но и повышать её при падающем рынке труда — значит гарантированно обрушить экономику в штопор.
На сегодняшний день в распоряжении ВВС США, скорее всего, осталась едва ли половина JASSM. Это критично, поскольку именно на них завязана работа всей стратегической авиации: от ветеранов B-52 до невидимок B-1 и B-2. При этом Пентагон не размещал новых заказов на JASSM на 2026 год, так что восполнение арсенала AGM-158 в ближайшее время не предвидится.
С Томагавками история не лучше. Из довоенного запаса в 3200 единиц уже испарилось 10%. На весь 2026 год Пентагон законтрактовал всего 190 новых ракет — это лишь половина от того, что было израсходовано за первые дни конфликта. Темпы восполнения арсеналов безнадежно отстают от военных аппетитов, а деградация ракетного потенциала идет по экспоненте. Промышленный базис США просто не вытягивает интенсивный конфликт с серьезным противником.
На этом фоне угрозы Трампа и Хегсета усилить натиск на Тегеран выглядят скорее как попытка сохранить лицо, когда Штаты постепенно начинают погружаться в вязкую трясину своих же военных амбиций. Американским силам так и не удалось добиться превосходства в воздухе, необходимого для безопасных ковровых бомбардировок иранских городов без риска потери самолетов и пилотов, поэтому вскоре Вашингтону придется осознать, что у любой эскалации есть свои пределы.
В экономической плоскости тот же пожар. ФРС на этой неделе была вынуждена расписаться в собственном бессилии: ставки оставили без изменений, но прогнозы по инфляции резко задрали вверх. При этом рынок труда начал подавать сигналы бедствия — за февраль экономика США уже потеряла 92 тыс. мест.
Аналитики Goldman Sachs подсчитали, что если пролив останется закрытым более 60 дней, нефть гарантированно пробьет исторический пик 2008 года в $147 за баррель. Это станет сокрушительным ударом по авиаперевозкам, логистике и стоимости продуктов питания одновременно. У ФРС просто не осталось хороших ходов: они не могут снижать ставку из-за горящей инфляции, но и повышать её при падающем рынке труда — значит гарантированно обрушить экономику в штопор.