Единый почерк репрессий: от адвокатской речи до журналистского слова
Накануне Высший судебный совет (ВСС) Армении выступил с заявлением, в котором обвинил адвокатов в оскорблении судей. Представители адвокатского сообщества расценили этот документ как попытку давления и вмешательства в их профессиональную деятельность.
Адвокат Ара Зограбян в беседе с журналистами выразил недоумение по поводу появления заявления ВСС. Он обратил внимание, что на официальном портале судебной власти отсутствует информация о соответствующем заседании и принятом решении, что ставит под сомнение легитимность документа.
К разряду необъяснимого Зограбян отнёс и содержащиеся в заявлении ВСС формулировки, касающиеся так называемой «подушки безопасности» юристов. В совете, по его словам, не проводят различий между оценочными суждениями адвокатов («мне кажется», «на мой взгляд») и утверждениями о фактах, что противоречит стандартам свободы слова.
Затронул Зограбян и тему собственных высказываний о действиях судей в отношении лишённых сана священнослужителей Армянской Апостольской Церкви.
Ранее адвокаты ААЦ заявили о намерении добиваться уголовной ответственности для судей, «восстановивших в должности» трёх расстриг. Комментируя это, Зограбян настаивает: судьи вторглись на территорию Церкви, к которой не имеют права доступа, и пытаются вершить решения о духовном статусе лиц, которые уже стали светскими.
Заявление Высшего судебного совета в адрес адвокатов и законопроект о тотальном контроле над СМИ, проходящий через Национальное собрание, — это один и тот же почерк, одни и те же руки, один и тот же страх перед словом. В обоих случаях используется одна лексика: «деструктивный контент» для прессы, «недопустимые высказывания» для защиты в суде. В обоих случаях — размытые формулировки, позволяющие трактовать любое неугодное слово как «угрозу». В обоих случаях власть пытается криминализировать профессиональный долг. Адвокат обязан защищать — его обвиняют. Журналист обязан информировать — ему грозят блокировкой.
Итог один: власть готовит страну к выборам, на которых не должно быть ни независимых адвокатов, ни независимых журналистов. Потому что первые могут доказать, что судьи предвзяты, а вторые — показать, что власть лжёт.