1 апреля в Кремле встретились президент России Владимир Путин и премьер Армении Никол Пашинян.
Специальный корреспондент “Ъ” Андрей Колесников считает их разговор в начале встречи выдающимся, ибо в нем отразились все страдания и чаяния армянского народа и лично Никола Пашиняна и Владимира Путина.
— Мы видим, что внутриполитические процессы в Армении набирают обороты и скоро выборы,— это было первое, что сказал господин Путин.— На что хотел бы в этой связи обратить внимание, несколько вещей хотел бы затронуть. Главное, чтобы эти внутриполитические процессы… Они всегда обостряются в ходе любых предвыборных кампаний… Чтобы… эти обострения нам никак не навредили в наших отношениях между Россией и Арменией.
Неожиданно Владимир Путин заговорил об отношениях Армении с Евросоюзом:
— Мы видим, что в Армении идет дискуссия о развитии отношений с Евросоюзом. Мы к этому относимся абсолютно спокойно, мы понимаем, что любая страна ищет максимальные преимущества от сотрудничества с третьими странами. Но должно быть очевидно и должно быть по-честному заранее, что называется, на берегу сказано, что нахождение в таможенном союзе с Евросоюзом и с ЕАЭСом невозможно. Это просто невозможно по определению!
Ого! Формулировки мне сразу что-то напомнили. Уж не именно ли так Владимир Путин однажды заговорил с президентом Украины Виктором Януковичем, а в результате все, как говорится, и началось? Именно же с этого.
— Теперь что касается энергетики,— добавил российский президент.
— Надеюсь, что выправится и здесь ситуация. Но на сегодняшний день, вы знаете, цены на энергоносители, цены на газ, скажем, в Европе где-то зашкаливают! $600 за тысячу кубов!
— Россия продает газ Армении за $177,5 за тысячу кубов. Разница большая, разница существенная…— словно посмаковал Владимир Путин.
— Теперь вопросы, связанные с безопасностью. Конечно, самый чувствительный вопрос до сих пор — это то, что связано с Карабахом, мы постоянно об этом с вами говорим. Мы знаем, что и у вас, и у ваших коллег возникали и до сих пор возникают вопросы и какие-то претензии к Организации Договора о коллективной безопасности (ОДКБ).
Да, это было не формальное, не протокольное начало переговоров. Это, собственно говоря, и были уже переговоры. Так редко бывает.
— Мы с вами постоянно к этому возвращались,— сказал президент России.— Но я думаю, что очевидным является и то, что после того, как вы в Праге в 2022 году признали, что Карабах является частью Азербайджана, процесс приобрел внутриазербайджанское измерение.
Никол Пашинян сидел насупившийся.
— Ну и наконец,— рассказал Владимир Путин,— у нас в Армении очень много друзей, очень много. Мы это знаем. Много армян живет в Российской Федерации, по-разному можно считать. Мы считаем, свыше двух миллионов человек — и, собственно, наши статданные Министерства внутренних дел об этом как раз и говорят, и много политических сил, которые настроены пророссийски. Конечно, я скажу вам совершенно откровенно… У нас с вами такой диалог, что мы всегда с вами говорим по-честному и прямо… Прямо… Нам очень хотелось, чтобы все эти политические партии смогли принять участие во внутриполитической работе в ходе выборов. Некоторые, я знаю, находятся в местах лишения свободы, несмотря на то что у них паспорт российский есть. Это ваше решение, мы не вмешиваемся, но хотелось, чтобы они все могли, во всяком случае, принять участие во внутриполитической работе.
Речь шла, без сомнения, о предпринимателе Самвеле Карапетяне, человеке с российским паспортом, арестованном в Армении.
Никол Пашинян снова стал записывать.
— И я хочу выразить надежду на то, что, как бы ни закончились выборы в Армении, наш общий настрой на строительство и укрепление российско-армянских отношений будет продолжен,— произнес президент России.
То есть и без Никола Пашиняна есть и будет жизнь в Армении, и, может, даже очень неплохая.
Подробности – на сайте
@rusyerevantoday
Выдающийся разговор и не исключено, начало конца одного из его участников – Коммерсантъ
1 апреля в Кремле встретились президент России Владимир Путин и премьер Армении Никол П