«Мы сидим, но не стоим на коленях». Аудиообращение Давида Бабаяна из азербайджанской тюрьмыНаходящийся в азербайджанском плену бывший министр иностранных дел Нагорного Карабаха Давид Бабаян обратился ко всем правозащитникам и людям доброй воли. Аудиосообщение было передано
NEWS.am семьёй Давида Бабаяна.
Представляем его ниже:
«Дорогие соотечественники, дорогие друзья, сёстры и братья, армяне всего мира, все наши братья и сёстры других национальностей, люди доброй воли!
Вы знаете, что завершился так называемый судебный процесс, в том числе его апелляционная стадия. Ну какой это судебный процесс? Это был театр, сценарий которого был написан заранее. Они даже не осмелились исправить элементарные ошибки. Например, на последнем заседании, представляя присутствующих, после того как оставили эти приговоры в силе, моих защитников представили в старом составе, хотя в ходе этого судебного процесса состав защиты изменился. То есть они не только не сочли нужным проверить это, но и не осмелились изменить заранее написанный сценарий, даже исправить содержащиеся в нём ошибки.
Это был исключительно формальный этап, который мы должны были пройти, чтобы впоследствии использовать его для обращения в международный суд.
В апелляционном суде граждане не присутствовали, тогда как на заседаниях суда первой инстанции каждый раз присутствовали около 200–300 человек. Конечно, всех их привозили выборочно, на специальных автобусах. Кроме того, по некоторым данным, им ещё и хорошо платили. Но на этот раз не было никого. Одна из причин заключается в том, что эти люди видели, какие злоупотребления там происходят, видели слабость позиции своей стороны, нашу самооборону, нашу настойчивость, качество этой самообороны. И естественно, всё это волей-неволей проникает и в их общество.
Очень интересно, что распространяются идеи, которые просто невозможно представить. Например, преступление, совершённое одним человеком, автоматически приписывается всем. Или такие идеи, которые вообще невозможно представить в истории международного сообщества. Например, мне добавили две статьи, предусматривающие пожизненное заключение, которых раньше не было и о которых на протяжении всего судебного процесса вообще ни разу не упоминалось.
Я увидел это, когда через неделю после завершения судебного процесса нам выдали сокращённую письменную версию всего этого. Я попросил, чтобы посмотрели наши выступления — как последнее слово в суде первой инстанции, так и основные выступления в ходе этого процесса — и передали их в видеоформате их омбудсмену, но мне отказали. Они говорят, что процесс открытый, но отказываются предоставить эти материалы даже своему уполномоченному по правам человека.
Интересно также, что менялись и защитники. За это время сменилось пять–шесть адвокатов. Один из них был заменён непосредственно в начале рассмотрения дела в апелляционном суде. Я пытался узнать, в чём причина, мне сказали — состояние здоровья. В суде, во время процесса, я сказал: свяжитесь с ними по видеосвязи, я хочу лично узнать, как они. Они, конечно, начали путаться, не соединили нас и сказали, что их жизни ничего не угрожает.
Конечно, практически в любой момент нам не давали продолжать выступление, прерывали, мешали. Всё это нам необходимо представить в международном суде.
Одним из интересных событий стало и то, что один из местных защитников заявил: они не хотят, чтобы дело дошло до международного суда, потому что более 95% обвинений сфабрикованы и никаких доказательств нет. Действительно, это так.
Приведу конкретный пример. В частности, мне назначили пожизненное заключение по статье, согласно которой я якобы пытался свергнуть местные власти, свергнуть конституционный строй и так далее. Я задал вопрос: есть ли какие-либо доказательства того, что, находясь здесь, я участвовал в борьбе против вашей власти? Если это так, значит, по всей вашей стране у меня должны были быть единомышленники, какие-то ячейки организации. Конечно, никакого ответа нет.
Кроме того, в суде все наши ходатайства — в 100% случаев — удовлетворялись в пользу обвинения. В суде первой инстанции в пользу обвинения было удовлетворено 99,4% ходатайств.
Я поблагодарил их за такое количество и качество ошибок, потому что для нас это очень важно. Это также будет способствовать восстановлению справедливости, поскольку в международном суде мы представим всё это.
Очень показательно и то, что вместо доказательств используются заменители — ложь, фальсификации, тосты, различные политические подходы, лозунги и так далее.
Иногда мы пытались посмотреть, как всё это зафиксировано в их документах. Мы видели, что наши слова там вообще не отражены или, в лучшем случае, включены в крайне сокращённом или искажённом виде. Это не что иное, как юридический апартеид.
Что можно сказать, когда официально заявляется, что необходимо расширить перечень случаев непреднамеренного убийства, чтобы обвинить всех в убийствах?»
Давид Бабаян также отметил, что у него есть проблемы со здоровьем, о которых он заявил в суде и попросил зафиксировать их:
«Конечно, я подозреваю — и это понятно, — что они не хотят, чтобы я пошёл в международный суд. И проблемы со здоровьем есть не только у меня. У ряда наших товарищей действительно серьёзные проблемы со здоровьем. Конечно, в какой-то степени это ожидаемо, потому что мы боремся в этом злом мире за справедливость и свободу, за права человека, а это просто так не даётся.
Одно дело — бороться за справедливость, другое — сидеть за это, но знайте: несмотря на то, что мы сидим, мы не стоим на коленях. И пусть это знают все.
В остальном всё нормально. Будьте крепки, дорогие соотечественники, люди доброй воли. Нашу Родину ещё ждут тяжёлые испытания».
@reartsakh