Свято-Троицкий Ипатьевский монастырьОснование Ипатьевского монастыря относят к первой половине века четырнадцатого. Место здесь, надо сказать, приметное – мыс при впадении реки Костромы в Волгу. И вот существует предание, восходящее к шестнадцатому столетию, стараниями бояр Годуновых и Сабуровых. Будто бы ехал к Ивану Калите татарский мурза, по имени Чет. И в пути, близ устья Костромы, его сразил недуг. Остановился он станом, и в те дни было ему видение: Богоматерь с апостолом Филиппом и священномучеником Ипатием Гангрским. И свершилось чудо: мурза исцелился, принял святое крещение с именем Захария и, в благодарность, заложил обитель. Легенда, что и говорить, красивая. И потомки Чета, Годуновы, патронат над монастырем установили прочный.
В шестнадцатом и семнадцатом веках обитель переживала время камня. Борис Годунов, еще не будучи царем, возвел на месте деревянного храма каменный собор. А около 1586–1590 годов монастырь обнесли стенами. Стены эти, длиной более полукилометра и толщиной до полутора метров, превратили его в крепость основательную. Такую, что и Смутного времени не испугалась. В 1609 году монастырь, занятый было сторонниками Лжедмитрия, отбили костромичи с галичанами – отбили и очистили.
Но есть в истории обители день, который светит сквозь века особенным, тревожным и радостным светом. Март 1613 года. В монастыре, укрывшись от мира, жили инокиня Марфа, в миру Ксения Шестова, и сын ее, юный Михаил Романов. И вот к ним явилось великое посольство от Земского собора – умолять Михаила принять царский венец. Долго длились уговоры. И мать не хотела отпускать дитя на муку, и сам он отказывался. Но четырнадцатого марта (по старому стилю) согласие было дано. И кончилась Смута, и начала свой путь новая династия. А Ипатьевский монастырь навсегда стал для нее священной колыбелью.
В 1685–1688 годах Троицкий собор расписывали мастера – артель Гурия Никитина, славные ярославские и костромские изографы. Четыре яруса фресок, целое богословие в красках. И хранилась в монастырской библиотеке драгоценность – летописный свод, тот самый, что ныне зовется Ипатьевским. Обнаружил его там Карамзин в начале девятнадцатого века – список «Повести временных лет» с уникальными южнорусскими известиями.
Век девятнадцатый, николаевское время. Монастырь как святыня царствующего дома перестраивают. Приглашен был архитектор Константин Тон, создатель храма Христа Спасителя. И возвел он в обители так называемый Новый город, в монументальном «русско-византийском» вкусе. В древний ансамбль эти постройки вошли, надо признать, не без спора.
После 1917 года монастырь упразднили. Запустение воцарилось в нем, часть старого кладбища исчезла. Но, по счастью, в стенах его разместился музей. И потому уцелели и фрески, и сами стены. Монашеская жизнь возвратилась сюда в 1992 году. Ныне Ипатьевский монастырь живет двойною жизнью: и обителью мужеской, и музеем, и местом паломничества. Иконы здесь древние, списки Тихвинской, и фрески те же, гурьевские. Более шести веков минуло, а история все длится. Обычное дело.
#ИсторияРусскихХрамов