Сегодня — день падения Эрзрума (Карина).
В феврале 1918 года, после разгрома в Первой мировой войне, османская армия, воспользовавшись отступлением русской армии, начала наступление в направлении Ерзнка — Эрзрум — Карс. Осенью 1917 года русская армия, поспешно отступая, оставила в крепостных городах Западной Армении огромное количество оружия, боеприпасов, снаряжения, продовольствия и других запасов. Туркам удалось захватить Ерзнку, после чего 12 марта 1918 года пал и крепостной город Карин (Эрзрум).
Армянские силы не смогли удержать крепость и отступили в сторону Карса и Сарыкамыша. В Карсе, как известно, находилось около 10 000 армянских солдат, имелись как минимум трёхмесячные запасы оружия, боеприпасов и продовольствия. Крепость Карс считалась самой неприступной в регионе, и нередко вместо самого названия «Карс» употреблялось слово «крепость-город».
К сожалению, 25 апреля Карс также был сдан врагу — без единого выстрела. Даже склады оружия не были взорваны и перешли в руки турок. Падение крепости нанесло тяжёлый морально-психологический удар по армянским силам и населению. Однако военно-политическое руководство было уверено, что противник не перейдёт реку Ахурян и не попытается захватить крепость Гюмри.
15 мая 1918 года турецкие войска перешли Ахурян и заняли также Гюмри, после чего начали продвижение в направлении Ванадзора, Апарана и Сардарапата. Падение трёх крепостных городов, естественно, поставило всё восточноармянское население и западноармянских беженцев в крайне тяжёлое положение.
И только после столь крупных потерь было принято решение оказать сопротивление врагу. Руководство, искавшее мира с Турцией, лишь оказавшись в турецких клещах, начало понимать, что противник понимает только язык оружия и что необходимо сражаться и давать бой.
В Ванадзоре — усилиями Нжде, Горганяна и Туманяна; в Апаране — усилиями езидского лидера Джангир-аги и Дро; в Сардарапате — усилиями Арама Манукяна, Силикияна и братьев Пирумянов — состоялись майские сражения и организовано сопротивление.
В наших учебниках говорится, что благодаря этому восточные армяне спаслись от резни. Но так ли это? Конечно, нет. Спаслась лишь часть восточных армян, тогда как армяне Гянджи, Шуши и Баку были беспощадно уничтожены на протяжении всей осени 1918 года. Османская армия не вошла только в западные и южные предгорья Арагаца, не вошла в некоторые деревни Гардмана, включая знаменитый Геташен. Османская армия не вошла также в Сюник. Однако вся остальная территория северо-восточной Армении была завоёвана противником, и десятки тысяч армян были уничтожены.
Первая депопуляция Шуши произошла именно в 1918 году. Более половины населения Баку составляли армяне, но это продолжалось лишь до конца 1918 года. В Гяндже численность армян значительно сократилась в результате резни.
Что произошло бы, если бы упорное армянское сопротивление началось уже в Ерзнке и в крепости Карин — возможность для этого, безусловно, существовала? Тогда Карс не пал бы, враг не прошёл бы ни в Ширак, ни в Лори, ни в Арцах, ни в Баку. Осенних резней 1918 года не произошло бы, и этническая картина региона не изменилась бы в пользу турок-татар.
В таком случае, воспользовавшись поражением Османской империи в мировой войне и отсутствием русской армии, Армения провозгласила бы независимость не под давлением обстоятельств и на территории в 12 000 км², а благодаря собственной обороне и, возможно, военной победе — уже, возможно, на территории в 120 000 км²: от Карса до Арцаха, Сюника и Баку.
В 1918 году столицей провозглашённой азербайджано-татарской республики был Гянджа, и они даже не надеялись овладеть Баку, поскольку там находился значительный армянский вооружённый контингент, который, однако, потерпел поражение от объединённых турецко-татарских сил.
Мы проиграли в Баку, пала Шуши, пал Лори — потому что не сражались в крепостях Карина, Карса и Гюмри.
В феврале 1918 года, после разгрома в Первой мировой войне, османская армия, воспользовавшись отступлением русской армии, начала наступление в направлении Ерзнка — Эрзрум — Карс. Осенью 1917 года русская армия, поспешно отступая, оставила в крепостных городах Западной Армении огромное количество оружия, боеприпасов, снаряжения, продовольствия и других запасов. Туркам удалось захватить Ерзнку, после чего 12 марта 1918 года пал и крепостной город Карин (Эрзрум).
Армянские силы не смогли удержать крепость и отступили в сторону Карса и Сарыкамыша. В Карсе, как известно, находилось около 10 000 армянских солдат, имелись как минимум трёхмесячные запасы оружия, боеприпасов и продовольствия. Крепость Карс считалась самой неприступной в регионе, и нередко вместо самого названия «Карс» употреблялось слово «крепость-город».
К сожалению, 25 апреля Карс также был сдан врагу — без единого выстрела. Даже склады оружия не были взорваны и перешли в руки турок. Падение крепости нанесло тяжёлый морально-психологический удар по армянским силам и населению. Однако военно-политическое руководство было уверено, что противник не перейдёт реку Ахурян и не попытается захватить крепость Гюмри.
15 мая 1918 года турецкие войска перешли Ахурян и заняли также Гюмри, после чего начали продвижение в направлении Ванадзора, Апарана и Сардарапата. Падение трёх крепостных городов, естественно, поставило всё восточноармянское население и западноармянских беженцев в крайне тяжёлое положение.
И только после столь крупных потерь было принято решение оказать сопротивление врагу. Руководство, искавшее мира с Турцией, лишь оказавшись в турецких клещах, начало понимать, что противник понимает только язык оружия и что необходимо сражаться и давать бой.
В Ванадзоре — усилиями Нжде, Горганяна и Туманяна; в Апаране — усилиями езидского лидера Джангир-аги и Дро; в Сардарапате — усилиями Арама Манукяна, Силикияна и братьев Пирумянов — состоялись майские сражения и организовано сопротивление.
В наших учебниках говорится, что благодаря этому восточные армяне спаслись от резни. Но так ли это? Конечно, нет. Спаслась лишь часть восточных армян, тогда как армяне Гянджи, Шуши и Баку были беспощадно уничтожены на протяжении всей осени 1918 года. Османская армия не вошла только в западные и южные предгорья Арагаца, не вошла в некоторые деревни Гардмана, включая знаменитый Геташен. Османская армия не вошла также в Сюник. Однако вся остальная территория северо-восточной Армении была завоёвана противником, и десятки тысяч армян были уничтожены.
Первая депопуляция Шуши произошла именно в 1918 году. Более половины населения Баку составляли армяне, но это продолжалось лишь до конца 1918 года. В Гяндже численность армян значительно сократилась в результате резни.
Что произошло бы, если бы упорное армянское сопротивление началось уже в Ерзнке и в крепости Карин — возможность для этого, безусловно, существовала? Тогда Карс не пал бы, враг не прошёл бы ни в Ширак, ни в Лори, ни в Арцах, ни в Баку. Осенних резней 1918 года не произошло бы, и этническая картина региона не изменилась бы в пользу турок-татар.
В таком случае, воспользовавшись поражением Османской империи в мировой войне и отсутствием русской армии, Армения провозгласила бы независимость не под давлением обстоятельств и на территории в 12 000 км², а благодаря собственной обороне и, возможно, военной победе — уже, возможно, на территории в 120 000 км²: от Карса до Арцаха, Сюника и Баку.
В 1918 году столицей провозглашённой азербайджано-татарской республики был Гянджа, и они даже не надеялись овладеть Баку, поскольку там находился значительный армянский вооружённый контингент, который, однако, потерпел поражение от объединённых турецко-татарских сил.
Мы проиграли в Баку, пала Шуши, пал Лори — потому что не сражались в крепостях Карина, Карса и Гюмри.