В те годы два армянина — Арам Осканян и Златко Пештмалджи — организовали перевод на сербохорватский языка книги «Сорок дней Муса-дага». Они предложили Тито использовать опыт армянских фидаинов в горной партизанской войне. Предложение приняли. Будущему маршалу особенно понравилась организация круговой обороны в лагере Багратяна.
Знал ли Перж о других армянских лётчиках? Поверхностно. Он слышал о Нельсоне Степаняне:
«Он наводил ужас, особенно на немецкие ВВС. Его сбили специальные группы истребителей. Он был не по зубам обычным “охотникам”. Немецкие коллеги говорили мне, что нам с Нельсоном следовало бы встретиться лицом к лицу, чтобы понять, кто из нас настоящий ас. Но я не хотел бы стрелять в своего соотечественника».
Об американских армянах он слышал о Мадатяне и Марсубяне. Знал и о конструкторе МиГ-3 и МиГ-5 Микояне, брате большевистского лидера.
В жизни Пержа был и такой эпизод. В декабре 1942 года, под Ленинградом, в одном из воздушных боёв он с трудом сбил самолёт смелого советского лётчика. Очередь прошла над кабиной и, вероятно, ранила пилота в плечо. Тот успел покинуть самолёт с парашютом. Перж хотел увидеть лицо героя, приблизился к парашюту и увидел молодого лётчика — и даже услышал его крик на армянском:
«Ես քո մերը ք… ֆաշիստ» («Я твою мать … фашист»).
По инструкции он обязан был нажать на спуск, но не сделал этого. Он кружил вокруг, не позволяя немецким коллегам убить противника. Лишь убедившись, что лётчик благополучно приземлился, Перж повернул обратно.
Перж Зудерманн-Давтян тоже глубоко разочаровался в Гитлере и вместе с тестем примкнул к заговорщикам, готовившим покушение 1944 года. После провала был арестован и расстрелян.
Источник — книга С. Арутюняна «Я армянин».