Двадцатого марта солнце пересекает экватор, и день равен ночи. Древние знали эту точку как щель между мирами — момент, когда старый порядок уже мёртв, а новый ещё не родился. Маркс, кстати, знал это не хуже древних.
В 1837-м, в берлинских письмах отцу, двадцатилетний Карл описывал своё состояние как одержимость. Он писал стихи, пропитанные прометеевским мятежом, где человек бросает вызов небесам не ради спасения, а ради разрушения самого принципа божественной власти. «Мне подобает лишь то, что вырвано силой у судьбы» — так бы написал маг, а не социал-демократ. Молодой Карл хотел взломать код мироздания)
Ведь, что есть оккультизм — если содрать с него салонную позолоту — это есть практика трансформации реальности через понимание скрытых структур. Маркс занимался ровно тем же, только скрытые структуры у него назывались производственными отношениями, а ритуал трансформации — революцией. Гегелевская диалектика пришла к нему через ту же дверь, через которую к алхимикам приходил принцип solve et coagula: растворяй и сгущай. Разрушай форму, чтобы освободить содержание. Отрицание отрицания — это и есть алхимическая формула, записанная языком философии.
Равноденствие напоминает: всякий переход требует точки абсолютного баланса, секунды невесомости между тем, что было, и тем, чего ещё нет. Маркс нашёл эту точку в истории и назвал её революционной ситуацией. Оккультисты называли её Великим Деланием. Разница в терминологии. Не в сути))
Так о чем это я, всех с Весенним Равноденствием! 🙂 Пока живем)
🔴 Больше Хроник Конца Времён —
@Secretariatus