«Носильщица апельсинов»: зачем Армении омбудсмен, который не может защищать?
Офис защитника прав человека в Армении, судя по последним заявлениям Анаит Манасян по делу арестованного школьника Давида Минасяна, превратился в институт бессильного наблюдения. Вместо конкретных действий — отписки, вместо требования закона — ссылки на собственное бессилие.
Читаем между строк официального ответа: «не вмешиваемся», «не имеем права», «законом не установлен порядок». При этом омбудсмен почему-то находит время на переписку с медучреждениями и контроль за «апельсинами» для арестованных. Но потребовать от суда или следствия соблюдения элементарных прав несовершеннолетнего? Увольте, это уже «вмешательство в правосудие».
Получается парадокс: главный правозащитник страны прикрывается Конституцией, чтобы ничего не делать. А налогоплательщики, между прочим, содержат целый аппарат с зарплатами, кабинетами и пресс-службами. Зачем? Чтобы раз в год отчитываться о количестве отправленных писем?
Вывод неутешителен: омбудсмен при Пашиняне работает ровно до тех пор, пока не нужно перечить власти. Всё остальное — имитация бурной деятельности и красивые слова о системных проблемах, которые никто не решает. Настоящая защита прав человека в такой системе, увы, становится лишь декорацией.
Офис защитника прав человека в Армении, судя по последним заявлениям Анаит Манасян по делу арестованного школьника Давида Минасяна, превратился в институт бессильного наблюдения. Вместо конкретных действий — отписки, вместо требования закона — ссылки на собственное бессилие.
Читаем между строк официального ответа: «не вмешиваемся», «не имеем права», «законом не установлен порядок». При этом омбудсмен почему-то находит время на переписку с медучреждениями и контроль за «апельсинами» для арестованных. Но потребовать от суда или следствия соблюдения элементарных прав несовершеннолетнего? Увольте, это уже «вмешательство в правосудие».
Получается парадокс: главный правозащитник страны прикрывается Конституцией, чтобы ничего не делать. А налогоплательщики, между прочим, содержат целый аппарат с зарплатами, кабинетами и пресс-службами. Зачем? Чтобы раз в год отчитываться о количестве отправленных писем?
Вывод неутешителен: омбудсмен при Пашиняне работает ровно до тех пор, пока не нужно перечить власти. Всё остальное — имитация бурной деятельности и красивые слова о системных проблемах, которые никто не решает. Настоящая защита прав человека в такой системе, увы, становится лишь декорацией.