Трамп и Рубио сказали, что они не исключают наземной операции против Ирана. Наверное, в какой то степени, они рассчитывают и на спящие боевые группировки курдов, белуджей и некоторых арабских террористических группировок из Сирии с заброской в Ирак.
В принципе наземная операция — не самый плохой вариант для Ирана. Вся пехота, все равно, сидит без дела.
На этот счет можно немного и пофантазировать.
Если обмен ударами США/Израиля против Ирана затянется — с учетом того, что США/Израиль не собираются применять ядерное оружие — и при этом с возможным включением на стороне Израиля в войну против Ирана арабских стран Персидского Залива, не исключено, что Иран первым может перевести свои действия в плоскость наземных операций. Тем более риторика ваххабитских монархов и шейхов, наподобие “мы не будем сидеть сложа руки”, предполагает прямое вовлечение, если конечно США и западные союзники их потом не кинут и не оставят с Ираном один на один.
Именно в наземных операциях Иран обладающий огромным количеством боеспособных мотострелков, бригад спецназа и различного рода десанта, можно добиться некоего перелома.
Особняком в этом плане стоит Бахрейн. В большинстве своем шиитская страна управляемая марионеточной суннитской королевской династией.
Иран долгое время считал Бахрейн своей 14-й провинцией. В свое время президент Ахмадинежад пытался вести осторожную дипломатию, а радикальное духовенство и КСИР активно поддерживали шиитское большинство острова против суннитской династии Аль-Халифа, во время “арабской весны”. Эта разница в подходах стала одной из причин последующей политической изоляции Ахмадинежада.
Гибель Хаменеи вызвала волну траурных протестов и беспорядков среди шиитов, и Бахрейн здесь как пороховая бочка.
После тотальных бомбардировок всей территории Ирана, Тегеран стер все красные линии. Иран методично атакует Бахрейн, фактически разгромив инфраструктуру штаба 5-го флота США. Вывод заранее американских кораблей из порта оставил Бахрейн без прямой защиты с моря.
Внутренняя шиитская оппозиция Бахрейна может воспринять разгром базы США как сигнал к началу вооруженного восстания, тем более в Бахрейне у Ирана наиболее развитая агентурная сеть. Ирану достаточно высадить небольшие группы спецназа («Саберин»), чтобы превратить уличные протесты в полноценную гражданскую войну.
Захват Бахрейна может стать для Ирана не просто военной, а экзистенциальной задачей, как часть укрепления “шиитской дуги” и усиливается внутренним фактором. Большинство населения Бахрейна не поддерживает правящую династию и «Авраамовы соглашения» с Израилем, что делает их естественными союзниками вероятного иранского десанта. Смена режима может стать одной из главных задач кампании. Потому что не может страной править “недемократический авторитарно-монархический режим опирающийся на меньшинство и на иностранные вооруженные силы”.
Иран может принести в Бахрейн демократические устои, обеспечив свободные выборы и впоследствии провозглашения Республики Бахрейн с равными правами для всех граждан.
Вторжение в Бахрейн неизбежно сдетонирует шиитское меньшинство и в Саудовской Аравии. Поскольку именно там сосредоточена вся нефтяная инфраструктура Saudi Aramco, восстание в этом регионе может парализовать мировой нефтепром.
Бахрейн превратится в детонатор. Если Иран решится на наземный бросок через залив, это спровоцирует не только гражданскую войну на острове, но и цепную реакцию в Саудовской Аравии.
Да. Но пока Иран только отбивается и делает ставку на выживание под дырявым зонтом ПВО.