Мысли по утру, пока не прошелся по новостям.
Анализ процессов приводит к выводу, что необходимо переходить методологии и языку политической теологии. В Армении говорить на этом языке пока не с кем, «молодежь» только растет – подождем и будем надеяться, что овладеют языком.
Действия США — это действия Левиафана, который покинул клетку/систему миропорядка, построенного на правилах, и мы видим его природу, без прикрывающих одежд закона и всех прочих условностей. Левиафан обязан крушить старый мир, и он его крушит, и вслед за этим он будет создавать новый порядок, в котором только один центр силы – США. Новый глобальный мировой порядок.
Это значит России и его «императору последних времен» приготовиться к выходу на уже совершенно другую сцену в качестве реквизита – шкуры медведя, не более. Хотели последние времена, — получите. Так и не родившаяся русская религиозная философия после выкидыша и большевиков, предчувствовала, что грядет, но была ослеплена имперским самомнением – тоже выкидыш. Россия стала не катехоном, к роли которой ее готовила Армянская цивилизация (Ашхар) и Византия, а инструментом Левиафана – тупым и большим. Но он больше не нужен – инструмент, только элемент сцены.
Роль Израиля в игре – сакральная. Он хранитель сакрального центра. Картина будет полной, если к войне присоединится и Саудовская Аравия – хранитель другого сакрального центра.
Роль Армении и Ашхара в последних временах и грядущих новых раскрывать не будем по очевидным причинам. Но Левиафан знает и понимает – эту роль, а в Армении, повторюсь, говорить не с кем.
Как поведет себя дракон, Поднебесная и красный император, сказать не берусь. Это действительно противоборство, исход которого невозможно предсказать. Если смотреть из Ашхара, то результатом схватки станет не пространство, сформированное двумя центрами притяжения (не новая Холодная война), не конвергенция (США-СССР), а скорее дополнение функций. Левиафан крошит старый мир и закладывает основы нового, дракон помогаем ему выстроить из хаоса новый мир. Не то, чтобы ему хочется так себя вести, но так получается. Как видит ситуация Дракон, сказать не берусь, не владею языком, не знаю Китая на этом уровне.
Мне бы с пониманием Ашхара справиться — вспомнить армянское будущее. Вспомним, конечно же, куда денемся.