Копаясь в библиотеках (хвала электронным) натыкаюсь время от времени на исследования наших краев разными ученными, в разные времена. В связи с раскачкой мужем Мехрибан темы «западного азербайджана» мое внимание привлек маленький кусочек из работы российского ученого 19 века Иосифа Леонтьевича Сегаля («Сборник сведений о Елисаветпольской губернии»)
«Население Зангезурского уезда живет сравнительно бедно, хотя есть и немало людей состоятельных. Громадное большинство мужского населения армян в возрасте от 15 до 40 лет из-за нужды ежегодно отправляется на зиму в Тифлис и Баку, Закаспийскую область, где находят себе верный и обеспеченный заработок. Во всяком случае, зангезурские армяне- люди трудолюбивые и трезвые. К сожалению, нельзя этого сказать о других представителях местного населения — о татарах. Занимая низменные места и пользуясь лучшими земледельческими условиями, чем армяне, они тем не менее живут значительно беднее, что объясняется сравнительно меньшим трудолюбием, меньшею подвижностью и большею беспечностью.
Нравственность населения описываемого уезда ничем не отличается от нравственности населения всех остальных уездов Елисаветпольской губернии. Относительно собственно армянского населения говорить нечего. Находясь под режимом христианской морали, оно не заключает в себе противообщественных элементов: число преступлений, совершаемых армянами, сравнительно невелико в общем, не превышает число преступлений, совершаемых порочными и людьми культурных наций.
Не то приходится говорить о татарах. Имея лишь смутные понятия о нраве собственности, татарин склонен к самоуправству; причем обиженный татарин, если оно слабее своего противника, никакой поддержки среди своих не находит: все преклоняются перед силой, в какой бы форме она не выражалась. Наказать человека сильного материально, или дерзкого до отваги, среди татар почти нет возможности. Убить из-за угла, подвести под ограбление, обвинить в несуществующем преступлении, помочь в увозе женщины, помочь в краже, сжечь запасы сена или хлеба, потравить посевы-вот излюбленные способы мести местных татар».
Несмотря на то, что с тех пор прошло много лет и кавказские татары стали назвать себя азербайджанцами, в характере их поведения ничего не изменилось.
«Население Зангезурского уезда живет сравнительно бедно, хотя есть и немало людей состоятельных. Громадное большинство мужского населения армян в возрасте от 15 до 40 лет из-за нужды ежегодно отправляется на зиму в Тифлис и Баку, Закаспийскую область, где находят себе верный и обеспеченный заработок. Во всяком случае, зангезурские армяне- люди трудолюбивые и трезвые. К сожалению, нельзя этого сказать о других представителях местного населения — о татарах. Занимая низменные места и пользуясь лучшими земледельческими условиями, чем армяне, они тем не менее живут значительно беднее, что объясняется сравнительно меньшим трудолюбием, меньшею подвижностью и большею беспечностью.
Нравственность населения описываемого уезда ничем не отличается от нравственности населения всех остальных уездов Елисаветпольской губернии. Относительно собственно армянского населения говорить нечего. Находясь под режимом христианской морали, оно не заключает в себе противообщественных элементов: число преступлений, совершаемых армянами, сравнительно невелико в общем, не превышает число преступлений, совершаемых порочными и людьми культурных наций.
Не то приходится говорить о татарах. Имея лишь смутные понятия о нраве собственности, татарин склонен к самоуправству; причем обиженный татарин, если оно слабее своего противника, никакой поддержки среди своих не находит: все преклоняются перед силой, в какой бы форме она не выражалась. Наказать человека сильного материально, или дерзкого до отваги, среди татар почти нет возможности. Убить из-за угла, подвести под ограбление, обвинить в несуществующем преступлении, помочь в увозе женщины, помочь в краже, сжечь запасы сена или хлеба, потравить посевы-вот излюбленные способы мести местных татар».
Несмотря на то, что с тех пор прошло много лет и кавказские татары стали назвать себя азербайджанцами, в характере их поведения ничего не изменилось.