Наши партнеры из Российской Федерации очень прозрачно говорят следующее, мол вы приняли закон и заявили, что формируете альтернативу и, они ожидают, что мы сейчас сделаем выбор между двумя альтернативами.
Мы говорим — и в своем выступлении ЕАЭС я сказал: «Пока эта вторая альтернатива не сформирована, мы не можем сделать выбор».
Я говорил: «Как мы сейчас можем провести референдум — Армения и ЕС или ЕАЭС? Потому что для проведения референдума нужно, например, провести предвыборную агитацию, верно? Во время этой предвыборной агитации люди будут задавать вопросы, верно? А этой второй альтернативы даже не существует.
В будущем мы референдум обязательно проведем, но это произойдет после того, как мы, во-первых, в институциональном плане проведем определенные подготовительные работы, а во-вторых официально обратимся в ЕС по вопросу членства.
Кстати, может быть и другой выбор, есть и иной выбор. Мы называем эти два, но есть и третий выбор: может быть и третья инициатива — ни ЕАЭС, ни ЕС; ни того не хотим, ни другого не хотим. Кто сказал, что все обязательно должны куда-то идти? Может быть и такой третий вариант.
Моя задача в следующем, конечно, сказанное известным руководителем ЕЭАС (Лукашенко-ред) сыграло определенную роль, но проблема не в том, чтобы какой-то политический деятель что-то заявил (да кому нужна Армения-ред), а Республика Армения среагировала на это, как принято говорить, overreacting (чрезмерно остро). Проблема не в этом выступлении, а в восприятии, которое лежит в основе этого выступления.
В конце концов, мы должны, уважаемые партнеры, посмотреть друг другу в глаза и сказать: то, что сказал президент Беларуси, — это восприятие Республики Армения рядом стран-членов ЕАЭС. Глубокое институциональное восприятие, и это неуважительное восприятие.
©️премьер-министр Никол Пашинян@bagramyan26