Александр поднял важный вопрос, но здесь нужно очень четко развести две вещи, которые у нас постоянно смешивают намеренно или по глупости: отношение армян к евреям как к народу и отношение армян к ряду израильских и связанных с ними политических, лоббистских и национальных институтов. Это не одно и то же.
У армянской среды действительно накопилось много боли и раздражения, но источник этого раздражения лежит не в плоскости этнической ненависти к евреям и не в неприятии иудаизма как религии. Он связан с конкретными историческими и политическими сюжетами. Прежде всего — с многолетним отказом Израиля признавать Геноцид армян, с деятельностью части еврейских организаций и лоббистских структур в США, которые в разные периоды работали против такого признания, с тесным военно-политическим сотрудничеством Израиля с Азербайджаном, чье оружие использовалось против армян, а также с болезненной для многих армян ситуацией вокруг Армянского квартала Иерусалима. Для армян это воспринимается не как абстрактная дипломатия, а как серия вполне конкретных ударов по исторической памяти, безопасности и достоинству.
Поэтому, когда в армянской среде появляется нервная реакция на еврейские фамилии вокруг той или иной политической фигуры, это не означает антисемитизм в прямом смысле слова. Очень часто это уродливая, упрощенная, а иногда и просто глупая попытка объяснить через знакомые символы ту накопленную боль, которую люди связывают с действиями определенных государств, организаций и элит. Это не делает такие реакции умнее или достойнее, но для честного разговора надо хотя бы правильно назвать источник этого раздражения.
Именно поэтому здесь нужно говорить прямо: армянское общественное раздражение направлено не против евреев как этноса, не против иудаизма и не против отдельного человека просто по факту его происхождения. Оно связано с недоверием к определенным политическим сетям, институтам влияния и государственным практикам, которые армяне на собственном историческом опыте воспринимают как враждебные. Когда это различие стирают и любую критику автоматически объявляют антисемитизмом, это не проясняет ситуацию, а только еще сильнее ее огрубляет.
Но и другая крайность недопустима: превращать каждую еврейскую фамилию в “доказательство заговора”, каждую связь — в “руку Моссада”, а любого еврея — в подозреваемого по факту происхождения. Это уже действительно деградация мышления. Критика должна быть адресной: к государствам, структурам, решениям, лоббистским действиям, политическим линиям. Как только разговор съезжает в этническое обобщение, он перестает быть серьезным.
Именно в этом и заключается принципиальная разница: армянская боль — историческая и политическая; антисемитизм — этническая ненависть. Это не одно и то же.