✝️Память — это не траурная церемония. Память — это инстинкт выживания нации
Вспомните начало XX века.
Армянам тоже говорили: «не драматизируйте».
Армянам тоже улыбались.
С армянами тоже дружили, торговали, обещали реформы, говорили о будущем, о мире, о новой эпохе.
А потом пришёл 1915 год.
Сначала забрали голос народа — интеллигенцию.
Потом забрали дома.
Потом забрали землю.
Потом забрали жизнь.
И мир, как всегда, очень долго «выражал обеспокоенность».
Сегодня в Ереване снова красивая витрина: саммит, делегации, камеры, европейские речи, слова о мире, стабильности и будущем.
Но за этой витриной — Арцах без армян.
За этой витриной — армянские пленные в бакинских тюрьмах.
За этой витриной — разрушенные храмы, осквернённые кладбища, уничтожаемая память.
За этой витриной — тысячи арцахцев, которых лишили родины, а теперь хотят лишить ещё и права говорить.
И на этой же ереванской площадке Алиев получает возможность выступать, читать свои лекции о «мире» и называть удерживаемых армян «преступниками».
Вот это и есть страшное.
Не потому, что завтра повторится 1915-й в той же форме. История не копирует себя так примитивно.
Но она предупреждает.
Перед большими трагедиями всегда бывает период красивых слов.
Период «нормализации».
Период, когда жертве говорят: молчи, не мешай дипломатии.
Период, когда боль народа объявляют «реваншизмом».
Период, когда безопасность заменяют протоколами, достоинство — фотографиями, а память — удобной тишиной.
Армянам снова предлагают забыть слишком быстро.
Забыть Арцах.
Забыть пленных.
Забыть погибших.
Забыть изгнанных.
Забыть, что мир без справедливости — это не мир, а пауза перед новым давлением.
Мы не против мира.
Мы против капитуляции, замаскированной под мир.
Мы не против диалога.
Мы против того, чтобы армянскую боль выносили за скобки ради красивой картинки для гостей.
Настоящий мир начинается не с улыбок Алиева и протокольных рукопожатий.
Настоящий мир начинается с освобождения армянских пленных.
С права арцахцев вернуться домой.
С защиты армянского наследия.
С честной памяти.
С государства, которое не стыдится своего народа.
Народ, который забыл предупреждения истории, однажды просыпается уже без права на историю.
Мы не имеем права молчать.