Последний рубеж: как Пашинян, отступая, открывает огонь по своимОт «агентов КГБ» до Католикоса всех армян — один панический шаг. Никол Пашинян, чьё политическое отступление давно превратилось в беспорядочное бегство, наконец-то решил, с кого списать все свои катастрофические провалы. И выбор пал на фигуру, выше и сакральнее которой в армянском мире нет — на Католикоса всех армян Гарегина II.
Это уже не эзопов язык. Это — политическое святотатство.Сначала были туманные
намёки на «внешние силы» и «заговоры». Потом пошли в ход ярлыки «агентов КГБ», которыми клеймили любого, кто осмеливался задавать неудобные вопросы. Но этого оказалось мало. Общественное доверие тает на глазах, парламентские выборы на носу, а ответить за геополитическую капитуляцию, за гибель солдат в Азате, за экономику, где «высокая зарплата» — это 88 тысяч драмов, нечем.
И тогда рождается новый, чудовищный по цинизму нарратив.
Верховный Патриарх и Католикос, духовный лидер нации, столп её идентичности в самые тёмные века, объявляется… «конкретным примером гибридной войны России».Калёным железом, которым жгли душу народа, Пашинян пытается выжечь простую мысль: любой, кто не с ним — против Армении. Любой независимый голос, любой центр силы, не встроенный в вертикаль его власти, любой, кто напоминает о великой истории и ответственности, — объявляется
«гибридным агентом».
Но задайте прямой вопрос — и риторика рассыпается. «Высказывали ли вы эти претензии лично Владимиру Путину?» — спрашивает журналистка. Ответ — гробовое молчание, уход в сторону. Потому что это и есть суть политики нынешней власти:
смелость лишь перед лицом своего народа и полная трусость перед лицом любого реального вызова.
