Часть разочаровалась, но не хочет отступить
Интервью с прозаиком и драматургом Гургеном Ханджяном: « В 2018 году, когда началось это злосчастное движение, на площади была в основном молодежь. Помню, выходил из дома и вдруг слышал, как из толпы перекрывших улицу Орбели кричали: «Господин Ханджян, присоединяйтесь, господин Ханджян!..» Смотрю — а это авторы нашей газеты. Они были воодушевлены, тогда это были восемнадцати-двадцатилетние юноши, а молодежи свойственен революционный, близорукий энтузиазм. Сейчас часть из них наверняка пережила разочарование — они ведь писатели, не могли не видеть, куда всё это идет. Но поскольку они были крайне воодушевлены, сейчас, вероятно, не хотят сделать шаг назад, признать свою ошибку. Но писатель, деятель искусства должен быть смелым: ошибся — ничего, бывает; ошибка дана еще и для того, чтобы человек мог сделать трезвые выводы и в следующий раз поступить правильно. Другая же часть — приспособилась. Это вирус конформизма”. Читать по ссылке
Интервью с прозаиком и драматургом Гургеном Ханджяном: « В 2018 году, когда началось это злосчастное движение, на площади была в основном молодежь. Помню, выходил из дома и вдруг слышал, как из толпы перекрывших улицу Орбели кричали: «Господин Ханджян, присоединяйтесь, господин Ханджян!..» Смотрю — а это авторы нашей газеты. Они были воодушевлены, тогда это были восемнадцати-двадцатилетние юноши, а молодежи свойственен революционный, близорукий энтузиазм. Сейчас часть из них наверняка пережила разочарование — они ведь писатели, не могли не видеть, куда всё это идет. Но поскольку они были крайне воодушевлены, сейчас, вероятно, не хотят сделать шаг назад, признать свою ошибку. Но писатель, деятель искусства должен быть смелым: ошибся — ничего, бывает; ошибка дана еще и для того, чтобы человек мог сделать трезвые выводы и в следующий раз поступить правильно. Другая же часть — приспособилась. Это вирус конформизма”. Читать по ссылке