Blog

Отдыхая от теоретического текста, набросаем на бумагу несколько мыслей, которые блуждают в голове. Они в основном касаются попыток моего подсознания справиться с хаосом, который создает вокруг себя и мире Трамп. Попыток поместить Трампа и его действия в какой-то фрейм.
Пытаясь понять и оценить, почему военный сценарий с Гренландией возможен в эпоху Трампа, необходимо перестать рассматривать его в рамках проблем безопасности и внешней политики, и начать рассматривать его в рамках личности и стимулов. Публичное заявление Трампа о намерении захватить Гренландию это не переговорная позиция, но угроза, призванная посеять страх. Страх действует быстрее убеждения, но отравляет среду безопасности, альянсы, на которые опираешься.
Какие импульсы/мотивы могут двигать Трампом? Наверное можно говорить о трех импульсах.
Первый мотив/стимул, это географическая карта, — Гренландия как актив. Причем рядом не оказалось никого, кто объяснил бы, что Меркатор играет злую шутку с ним, и реальные размеры Гренландии в несколько раз меньше, чем она показана на карте.
Трамп мыслит активами, собственностью. Ему нравятся материальные объекты, — земля, недвижимость, золото, — все то, что можно потрогать руками и заявить о правах владения. Остров Гренландия полностью удовлетворяет этому импульсу. В отличие от договоров, которые суть слова, от которых можно отказаться, Гренландия она реальная, с военными базами и флагом, на фоне которого можно сделать фотосессию.
То есть «альянсы на бумаге» не трогают душу Трампа, а вот территориальные приобретения – трогают. Альянсы долго создаются, требуют терпения, доверия и сопровождения. Вы должны быть готовы к неопределенности и сложным отношениям с партнерами. С землей все проще, она позволяет достичь завершенности миссии, поставить в ней точку. Так мыслили империи 19 и начала 20 веков, но уже 21 век, и такой подход вызывает улыбку, но так видят мир Путин, Трамп, Эрдоган, другие авторитарные лидеры прошлого, задержавшиеся в 21 веке.
Второй мотив и стимул, убежденность Трампа, что сила и запугивание являются более действенными, нежели убеждение. Причем похоже Трамп действительно не понимает, что угрозы могут быть инструментом стратегии, но не являются заменой стратегии. Трамп рассматривает угрозу как стратегию, которая может позволить достичь устойчивого политического результата. Но это не так. В лучшем случае угрозы приводят к покорности, в худшем — вызывают сопротивление, которое немедленно проявляется, как только вы слабеете или отвлекаетесь. Никакой надежности и устойчивости.
И третий стимул и мотив – шоу. Для Трампа шоу важнее системы. Альянсы это системы, и это скучно. Системы не вызывают такого же выброса дофамина, как драматическая «победа» в новостях. Гренландия хорошая картинка для аудитории Трампа: США берут то, что им нужно, а слабые акторы подчиняются. Кстати очень русская психология.
Однако это обреченный и даже инфантильный способ восприятия мира, так как он предполагает, что другие акторы существуют главным образом для подтверждения вашей мощи. При таком восприятии мира Дания и Гренландия, НАТО и ООН — марионетки, на которых не стоит тратить время.
Гренландия — идеальный пример того, почему такой образ мышления является провальным и опасным. Если бы у США была стратегическая цель, то они стремились бы укрепить и расширить существующую коллективную систему безопасности Запада в Арктике. Тем более что США не в состоянии в одиночку обеспечить свою безопасность в Арктике. США не нужен суверенитет над Гренландией для получения стратегической ценности.
Так зачем вообще поднимать вопрос Гренландии? Потому что Гренландия трофей, который можно получить запугиванием. И отличное шоу, которое привлекает внимание внутренней аудитории, союзников, отвлекая от других проблем. На радость врагам.