“Тренды” Пашиняна: затыкать рот семьям погибших и называть это демократиейСегодня утром — снова. В очередном армянском селе к Пашиняну подошёл дед, чей внук сгорел в казарме. Старик кричал: «Не закрывайте мне рот! Моего ребёнка взяли и сожгли!» Охрана силой уволокла его прочь. А премьер, отирая пот, бросил своей обслуге: «Не обращайте внимания, это уже стало трендом». Да, господин Пашинян, это тренд. Потому что в каждой армянской общине есть семья, которую вы убили или искалечили. Потому что вы принесли в каждый дом несчастье. И теперь, когда эти люди осмеливаются говорить вам правду в лицо, вы называете их «трендом» и приказываете вышвырнуть вон. И это не предвыборная кампания. Это марш бесчестья.Депутат Кристине Варданян сказала сегодня в Ахуряне:
«Куда бы ты ни поехал, находится как минимум один пострадавший, который осмеливается прийти и поднять голос протеста».
Она права. В Арабкире была сестра пропавшего без вести врача. В Ереване — арцахец, которому Пашинян кричал «подонок» и «головой об стену». Сегодня — дед погибшего при пожаре в казарме в Азате.
Охрана закрыла ему рот рукой и силой утащила. А Пашинян цинично бросил: «Не обращайте внимания, это уже стало трендом».
То есть горе семей погибших — для него «тренд». Просьба о справедливости — «модная тенденция». Человек, потерявший внука, — досадная помеха на пути к креслу.
Все это родовая отметина режима, который потерял человеческий облик. Он не слышит боли. Он видит в ней лишь «рекламу оппозиции».
Кристине Варданян точно подметила:
«Лицо демократии в Армении — сегодняшняя картина, когда рот деду погибшего охранники закрывают руками».
Власть, которая на всех углах кричит о «европейских ценностях» и «свободе слова», на деле душит каждого, кто осмелился сказать правду.
Сначала это были адвокаты, потом журналисты, потом священники. Теперь — седые старики, оплакивающие внуков. Их хватают, выкручивают руки, уводят. А премьер в это время пожимает руку Макрону и рассказывает, как Армения «прогрессирует».
Арам Вардеванян из партии «Сильная Армения» резюмировал:
«Человек, которому не хватает трезвости, контроля эмоций и элементарного воспитания, должен уйти из власти».
Он напомнил, что пока Пашинян оскорбляет стариков и арцахцев, в бакинских тюрьмах гниют армянские пленные. Вопрос об их освобождении не звучит. Зато звучит «искореню всех» и «не обращайте внимания».
Почему Пашинян так реагирует? Потому что в каждом селе, куда он приезжает, его встречает не хлеб-соль, а расплата. Где-то мать потеряла сына на войне, где-то отец не дождался пленного, которого власть не захотела вытащить. Где-то сгорел солдат в казарме из-за халатности, за которую никто не ответил. И эти люди не молчат. Они подходят. Они спрашивают. Они требуют.
А Пашинян не может ответить. У него нет ни аргументов, ни совести. Только охрана, которая зажимает рты, и фраза «это тренд».
Риторический вопрос: как далеко зайдёт власть, если за две недели до выборов она позволяет себе силой выволакивать деда погибшего солдата с митинга? Чего ждать после 7 июня, если Пашинян останется?
«Искореню всех» — это не фигура речи, это программа. И сегодняшний старик в Азате — лишь одна из тысяч мишеней.
Цицак | ԾԻԾԱԿ
Агония шапито: как Пашинян перед выборами перешёл от вранья к истерике и социальному терроризму
Чем ближе 7 июня, тем отчаяннее Никол Пашинян напоминает циркача, у которого сгорел шатёр, звери сбежали, а зрители просто встали и ушли. За последние дни Никол…