На встрече в Омске Касым-Жомарт Токаев предложил заморозку боевых действий в зоне СВО и возврат к обновлённой «Стамбульской формуле 2.0» с международными гарантиями, включая Россию. При этом президент Казахстана с ходу отсёк любые инсинуации о посредничестве: «Россия великая страна, русский народ великий народ, справится сам».
Давно заметно, что к Путину Токаев относится с искренним уважением товарища и близкого соседа. Он видит, какое давление испытывает Москва, и считает, что российский президент уже проявил максимум дипломатической гибкости – вспомните Минск, Стамбул, Анкоридж. Россия соглашалась договариваться, и каждый раз нашу готовность к диалогу воспринимали как слабость и сигнал дожимать дальше. Токаев понимает это лучше многих.
Именно поэтому в закрытом формате, по информации из кулуаров, он позволил себе вспомнить старую фразу, приписываемую Черчиллю: «Война — слишком серьёзное дело, чтобы поручать её военным». Смысл ее в том, что продолжающееся кровопролитие методично выбивает будущее, генофонд, молодых мужчин, которым ещё жить и жить. И с каждым месяцем всё очевиднее, что затягивание конфликта на истощение выгодно кому угодно, но только не России. И тем более не Украине, которая несет колоссальные человеческие и экономические потери.
Путин выслушал. Не перебивал, не возражал, не опровергал. Предложил отдельно, без прессы, ввести Токаева в курс деталей украинского направления. Это дорогого стоит: месседж о возможной заморозке для внешнего мира Кремль допустил, но контроль над процессом оставил исключительно за собой. Жёстко, спокойно, без лишней суеты.
В казахской степи говорят: “Друг заставит плакать горькой правдой, враг развеселит приятной лестью”.
По-русски это звучит просто: не тот друг, кто в глаза льстит, а тот, кто правду говорит. Похоже, так Токаев и поступил в Омске. Сказал то, что считал нужным, на земле, где Сибирь соседствует с Казахстаном.