“А-Шо-Там с историческим визитом-то”. Трамп улетел из Пекина сегодня, сообщив журналистам о «фантастических» сделках, ни одну из которых американская сторона так и не смогла конкретизировать публично — Пекин, в свою очередь, не подтвердил ни соглашения о двухстах самолётах Boeing, ни обещанных закупок сельскохозяйственной продукции, ни вообще чего бы то ни было поддающегося проверке, словно сознательно резервируя за собой право интерпретировать итоги в собственном темпе и в собственных терминах. Это, пожалуй, и есть главный содержательный итог двух дней в Пекине: Вашингтон громко говорил о победах, Пекин молчал — и молчание было выразительнее любых пресс-конференций.
Американский президент прилетел не один. Он привёз двор. Маск, Хуанг, Кук выстроились перед Большим залом народных собраний и ждали, пока их по одному представят Си, — аналитик Barclays сформулировал логику происходящего предельно честно: главное конкурентное преимущество американских ИИ-игроков состоит в доступе к чипам Nvidia, которого у китайских компаний нет, а значит, именно вычислительная мощность остаётся тем единственным ресурсом, который Пекин пока не производит в достаточном объёме самостоятельно. Именно поэтому Хуанг оказался в делегации — Трамп позвонил ему лично, приглашая на борт Air Force One в Анкоридже. И именно поэтому само его присутствие там значит нечто большее, чем любые конкретные лицензии: американская технологическая элита нуждается в китайском рынке сильнее, чем готова признавать вслух.
Лицензии на H200 — второй по мощности чип Nvidia, уже уступающий собственным разработкам Huawei по ряду архитектурных показателей — Министерство торговли США подписало практически синхронно с рукопожатием лидеров, в разгар переговоров: Alibaba, Tencent, ByteDance, JD.com получили разрешение на закупку. Blackwell — следующее поколение — по-прежнему закрыт. Мне кажется, в этой детали скрыта вся ирония ситуации: Китай получил оборудование, в котором был критически заинтересован год назад, именно тогда, когда за год технологической блокады успел вырастить собственную альтернативу. Противник открыл ворота в тот момент, когда осаждённый уже заканчивал строительство второй стены.
По Тайваню я не помню, чтобы подобное случалось на таких встречах в последние годы: Си, сидя рядом с американским президентом, прямо назвал Тайвань «важнейшим вопросом в китайско-американских отношениях» и предупредил, что неправильное обращение с ним ведёт к «столкновениям и даже конфликтам». Рубио ответил, что позиция США «не изменилась». Дипломатический перевод этой фразы прост: никаких новых обязательств, но и никакого нового давления. Пекин получил трибуну, чтобы произнести угрозу прямо в лицо американскому президенту — перед камерами, в официальном протоколе. Сама возможность сказать это именно так, именно здесь, уже есть выигрыш, не требующий дополнительных доказательств.
По Ирану Китай не сдвинулся вообще: Си объяснил Трампу, что Пекин покупает иранскую нефть и намерен продолжать. Трамп не просил его помочь в завершении войны. Обе стороны договорились, что Ормузский пролив должен оставаться открытым — формулировка, выгодная прежде всего Китаю, чья торговля зависит от этого коридора несравнимо сильнее американской.
Когда переговоры закончились, Си провёл Трампа по садам Чжуннаньхай, рассказал через переводчика об истории каждой постройки и подарил семена роз. Трамп сказал, что это самые красивые розы, которые он когда-либо видел. Пекинский церемониал умеет делать именно это — втягивать гостя в собственный символический порядок так, что тот принимает его логику, его ритм, его язык, даже не замечая момента перехода. Рамка отношений на ближайшие три года теперь называется «конструктивные китайско-американские отношения стратегической стабильности» — фраза из пекинского, а не вашингтонского словаря. Трамп улетел говорить о “победах”.
Кто-то характерную картинку сгенерил, прилагаю. Все так. да.
🔴 Больше Хроник Конца Времён — @Secretariatus
Американский президент прилетел не один. Он привёз двор. Маск, Хуанг, Кук выстроились перед Большим залом народных собраний и ждали, пока их по одному представят Си, — аналитик Barclays сформулировал логику происходящего предельно честно: главное конкурентное преимущество американских ИИ-игроков состоит в доступе к чипам Nvidia, которого у китайских компаний нет, а значит, именно вычислительная мощность остаётся тем единственным ресурсом, который Пекин пока не производит в достаточном объёме самостоятельно. Именно поэтому Хуанг оказался в делегации — Трамп позвонил ему лично, приглашая на борт Air Force One в Анкоридже. И именно поэтому само его присутствие там значит нечто большее, чем любые конкретные лицензии: американская технологическая элита нуждается в китайском рынке сильнее, чем готова признавать вслух.
Лицензии на H200 — второй по мощности чип Nvidia, уже уступающий собственным разработкам Huawei по ряду архитектурных показателей — Министерство торговли США подписало практически синхронно с рукопожатием лидеров, в разгар переговоров: Alibaba, Tencent, ByteDance, JD.com получили разрешение на закупку. Blackwell — следующее поколение — по-прежнему закрыт. Мне кажется, в этой детали скрыта вся ирония ситуации: Китай получил оборудование, в котором был критически заинтересован год назад, именно тогда, когда за год технологической блокады успел вырастить собственную альтернативу. Противник открыл ворота в тот момент, когда осаждённый уже заканчивал строительство второй стены.
По Тайваню я не помню, чтобы подобное случалось на таких встречах в последние годы: Си, сидя рядом с американским президентом, прямо назвал Тайвань «важнейшим вопросом в китайско-американских отношениях» и предупредил, что неправильное обращение с ним ведёт к «столкновениям и даже конфликтам». Рубио ответил, что позиция США «не изменилась». Дипломатический перевод этой фразы прост: никаких новых обязательств, но и никакого нового давления. Пекин получил трибуну, чтобы произнести угрозу прямо в лицо американскому президенту — перед камерами, в официальном протоколе. Сама возможность сказать это именно так, именно здесь, уже есть выигрыш, не требующий дополнительных доказательств.
По Ирану Китай не сдвинулся вообще: Си объяснил Трампу, что Пекин покупает иранскую нефть и намерен продолжать. Трамп не просил его помочь в завершении войны. Обе стороны договорились, что Ормузский пролив должен оставаться открытым — формулировка, выгодная прежде всего Китаю, чья торговля зависит от этого коридора несравнимо сильнее американской.
Когда переговоры закончились, Си провёл Трампа по садам Чжуннаньхай, рассказал через переводчика об истории каждой постройки и подарил семена роз. Трамп сказал, что это самые красивые розы, которые он когда-либо видел. Пекинский церемониал умеет делать именно это — втягивать гостя в собственный символический порядок так, что тот принимает его логику, его ритм, его язык, даже не замечая момента перехода. Рамка отношений на ближайшие три года теперь называется «конструктивные китайско-американские отношения стратегической стабильности» — фраза из пекинского, а не вашингтонского словаря. Трамп улетел говорить о “победах”.
Кто-то характерную картинку сгенерил, прилагаю. Все так. да.
🔴 Больше Хроник Конца Времён — @Secretariatus