Ормузский пролив не нужно полностью перекрывать, чтобы нанести удар по мировой экономике — достаточно сделать его ненадёжным. И это уже произошло.
После закрытия и частичного открытия Ираном пролива поток судов резко сократился. Это вызвало крупнейший сбой на нефтяном рынке — серьёзнее кризисов 1973 и 1979 годов: нефть подорожала, страхование стало крайне дорогим или недоступным.
Надежда на то, что страны договорятся из-за общих интересов, выглядит наивной. Китай выигрывает от высоких цен и скидок на иранскую нефть, а страны Залива боятся эскалации.
Ключевая проблема — структурная асимметрия: нарушать судоходство дёшево, защищать — дорого. Ирану не нужно блокировать пролив полностью — достаточно поддерживать ощущение риска с помощью дешёвых средств (дроны, мины, ракеты). Остальное делает рынок через страхование и рост цен.
Ормуз превращается в соревнование на выносливость. В краткосрочной перспективе Иран структурно лучше приспособлен к такому противостоянию: его инструменты дешёвы и относительно быстро воспроизводимы. Американская же модель ведения войны опирается на более сложные и эффективные, но дорогие и медленно восполняемые системы. Это не столько тактическое, сколько промышленное неравенство.
Обеспечение безопасности требует постоянного военного присутствия и огромных ресурсов, которые трудно быстро восполнить. Это превращает ситуацию в «игру на выносливость», где дешёвые и воспроизводимые инструменты Ирана дают ему преимущество над более дорогими и медленно производимыми системами США.
Кризис Ормуза — это не только энергетический шок, а показатель промышленной слабости.
Ормузский пролив обнажил ещё одну трещину в размывающейся системе, возглавляемой США. Ответом не может быть только дипломатия — тем более если она неэффективная — или отложенные инфраструктурные проекты. Требуется решающая работа по восстановлению промышленной устойчивости и реальных союзов, прежде чем очередной кризис превратится в затяжной системный сбой.
Институт Пейна (США)