Армянско-турецкая граница как предвыборный аргумент: взгляд эксперта на игру двух берегов АраксаВ преддверии парламентской гонки, финиш которой в Армении назначен на 7 июня, любые дипломатические сигналы обретают двойное дно. Именно в этой системе координат Евгения Горюшина, руководитель сектора кавказских исследований ИКСА РАН, предлагает рассматривать недавнее заявление замминистра иностранных дел Армении Ваана Костаняна. Тезис о полной готовности Еревана к открытию границы с Турцией, озвученный высокопоставленным дипломатом, эксперт трактует как тонко просчитанный внутриполитический ход команды Никола Пашиняна.
По мнению Горюшиной, для действующей армянской власти сейчас критически важно убедить избирателя в том, что многолетняя эпопея нормализации отношений с соседями не является фикцией и не зашла в глухой тупик. Формулировка «мы готовы, решение за Турцией» представляет собой в этом смысле почти безупречную политическую конструкцию. Она позволяет Еревану предстать в образе прагматичного и ответственного игрока, который методично снимает все препоны со своей стороны, демонстрируя открытость миру и отсутствие реваншистских настроений. Ответственность же за по-прежнему закрытые ворота на запад полностью перекладывается на плечи Анкары. Это дает возможность купировать недовольство той части общества, которая ждет конкретных экономических дивидендов от разблокировки коммуникаций.
Горюшина отмечает, что речь идет не столько о реальном сдвиге тектонических плит на местности, сколько о тонкой работе с ожиданиями внутри армянского общества. Тема открытой границы давно превратилась в Армении в символ выхода из региональной изоляции и снижения градуса перманентной напряженности. И даже простая демонстрация готовности к диалогу, лишенная пока конкретики, в руках властей уже становится весомым политическим ресурсом.
Однако аналитик призывает смотреть на ситуацию шире, фиксируя, что подобная «подвешенная» ситуация является не менее, а может быть и более выгодной для самой Турции. Анкара, как полагает Горюшина, сознательно сохраняет за собой свободу маневра, не связывая себя жесткими сроками или односторонними обязательствами. Турецкое руководство может сколь угодно долго поддерживать имитационную дипломатию — говорить о контактах, гуманитарных жестах и доброй воле, — не делая при этом того самого практического шага, который вызовет острую реакцию в Баку.
Эксперт выделяет три ключевых преимущества, которые извлекает Анкара из текущей паузы. Во-первых, Турция демонстрирует союзническую солидарность с Азербайджаном, четко увязывая армяно-турецкий трек с прогрессом на направлении Баку-Ереван. Во-вторых, закрытая граница остается мощным рычагом невоенного давления на Армению, инструментом сдерживания, расставаться с которым в Анкаре явно не спешат. В-третьих, и этот пункт в анализе Горюшиной звучит особенно весомо в свете последних событий, — любое резкое изменение статус-кво сейчас несет риски дестабилизации в момент, когда весь регион приходит в себя после обострения иранского кризиса.
Связь с иранским вектором, по мнению Горюшиной, здесь совершенно очевидна. После вспышки напряженности вокруг Исламской Республики, Турция, пытающаяся балансировать между Западом и региональными центрами силы, крайне заинтересована в том, чтобы ее восточные рубежи оставались хотя бы предсказуемыми. Поспешное открытие границы с Арменией на этом фоне могло бы стать ненужным триггером, вызвав раздражение как в Тегеране, ревностно следящем за транзитными маршрутами и изменением баланса на Кавказе, так и в Баку. С точки зрения турецкой дипломатической прагматики, куда удобнее держать вопрос «на столе», в контролируемо-подвешенном состоянии, изымая его из актуальной повестки лишь для риторических нужд.
В итоге, резюмирует Евгения Горюшина, мы наблюдаем удивительно синхронную, хоть и негласную, игру двух столиц. Для Еревана это — предвыборная индульгенция на конструктивность. Для Анкары — гибкий рычаг регионального балансира. Сама же граница пока остается лишь аргументом в этих больших политических торгах, но никак не пунктом пропуска.