Blog

Иранист Жанна Варданян обрисовала тревожную картину: риторика Вашингтона даже в процессе диалога остается предельно жесткой, а военная машина США продолжает наращивать мускулы в регионе. Получается парадоксальная ситуация — переговоры идут, но оружие не молчит. Более того, эксперт напоминает о горьком опыте прошлого года: прошлым летом дипломаты еще обсуждали будущее, когда на земле уже полыхала 12-дневная война.

Сегодня у берегов Ирана наблюдается небывалая концентрация военно-морских сил Америки. Но что это? Демонстрация мускулов, чтобы выбить из Тегерана максимальные уступки, или генеральная репетиция перед реальным ударом? Ответа пока нет, и именно эта неопределенность пугает больше всего.

Ключевое противоречие, как это часто бывает, упирается в ядерную программу. Тегеран, судя по всему, готов к компромиссам, но не к капитуляции: отказываться от своего ядерного потенциала иранцы не намерены. США же, похоже, ждут совсем другого. Стороны вкладывают в слово “уступки” настолько разный смысл, что найти общий язык становится почти невозможно. Это не диалог слепых с глухими, это разговор на разных планетах.

Усугубляет ситуацию и фигура в Белом доме. Дональд Трамп, по словам эксперта, — политик крайне непредсказуемый. Его жесткие заявления в адрес Ирана звучат не первый год, и по ним невозможно угадать, где кончается блеф и начинается реальная угроза атаки.
Не стоит сбрасывать со счетов и третьего игрока — Израиля. Визит Нетаньяху в США для обсуждения “иранского досье” выглядит зловеще. Тель-Авив традиционно занимает более жесткую позицию в отношении Исламской республики, и его участие в возможной военной операции — сценарий более чем реальный.
В итоге мы имеем клубок противоречий, где переговоры лишь прикрывают наращивание сил, где требования сторон исключают друг друга, а ключевые игроки действуют по принципу “своей повестки”. Нынешний уровень напряженности, признают эксперты, был предсказуем. Но от того, сумеют ли стороны разорвать этот замкнутый круг, зависит не только будущее Ирана, но и безопасность всего региона, балансирующего на грани большой войны.