Blog

Прочла ответ, а точнее, отписку защитника прав никола — так называемая омбудсмен по фамилии Манасян в ответ на вчерашнее обращение Рубена Варданяна. И вспомнила ноябрь 2004 года, когда в Будапеште начался судебный процесс по делу об убийстве Гургена Маргаряна…
Омбудсменом Армении — первым и, на мой взгляд, лучшим — была тогда Лариса Алавердян, я была начальником отдела связей с общественностью и пресс-секретарем, совмещая это с журналистской работой в “Голосе Армении”. После первого заседания суда к нам пришел представитель Министерства обороны Айк Демоян и предложил направить на суд представителя Омбудсмена Армении, поскольку речь шла о защите прав гражданина Армении.
Естественно, Лариса Асатуровна не колебалась ни на секунду и уж тем более не прикрывалась отсутствием полномочий. В итоге я, как представитель Защитника прав человека Армении, официально участвовала во всех заседаниях суда в Будапеште. И ни у кого тогда не возникло никаких вопросов по поводу “мандата”, “полномочий и пр.
Разумеется, обстоятельства в данном случае другие, но принципиально одно: речь идет о защите прав граждан Республики Армения, что является главной обязанностью Омбудсмена. Которого у нас нет после ухода Армана Татояна (кстати, тоже начинавшего свою карьеру именно тогда, под руководством Ларисы Асатуровны).
Манасян что-то там лепечет о том, что, дескать, “офис омбудсмена не может и не ведет переговоры от имени государства, не осуществляет внешнюю политику государства”. Кто-нибудь разъясните этой курице, что речь идет о чисто гуманитарной функции: помочь организовать встречу пленных с родными, и уж точно не об “осуществлении внешней политики”…
И последнее. Манасян отрицает утверждения своей азербайджанской коллеги о том, что обсуждался ее визит в Баку. Вопрос: кто из них врет? Ответ: обе. Потому что обе всецело обслуживают и защищают интересы исключительно властей и своих шефов, а защитой прав человека здесь даже не пахнет.
© Марина Григорян
@reartsakh