❓❓❓❓❓❓«Борьба за Евразию»: почему атаки на КТК, катарский танкер и иранский газ — звенья одной цепиТри новости из мира большой энергетики, пришедшие на этой неделе, на первый взгляд никак не связаны: Украина вновь атаковала КТК, Иран пропустил катарский танкер через Ормуз, а Армения и Иран активизировали энергодиалог. Однако эксперт по энергетической безопасности Ваге Давтян убеждён: косвенно эти сюжеты переплетены множеством нитей и свидетельствуют об углублении антагонизма между США и ЕС.1️⃣Первая новость — удар по Каспийскому трубопроводному консорциуму под Новороссийском. Это уже вторая волна атак за две недели. КТК — ключевая артерия для казахстанских месторождений Тенгиз, Кашаган и Карачаганак, в которых плотно сидит американский капитал: доля Chevron в Тенгизе составляет 50%, Exxon Mobil — 25%. Парализация трубы бьёт не только по Астане, но и по интересам американского энергокапитала, фундаментально влияющего на администрацию Трампа.
2️⃣Вторая новость — Тегеран пропустил через Ормузский пролив первый за три недели катарский танкер с СПГ. Катар до эскалации вокруг Ирана успешно обеспечивал альтернативные поставки газа в Европу, где доля американского СПГ уже достигла 60%, а в Германии превысила 90%. Такое доминирование привело к трёхкратному росту цен, и в Берлине с Парижем всё громче говорят о необходимости диверсификации. Иран, способствуя проходу катарского танкера, фактически помогает Европе в поиске альтернатив американскому газу.
3️⃣Третья новость — Ереван и Тегеран выразили готовность нарастить поставки в рамках бартерной схемы «газ в обмен на электричество». Армения, по мнению Давтяна, продолжает балансировать на геополитических качелях: с одной стороны — майский меморандум с США по критическим минералам и соглашение по TRIPP, с другой — углубление энергодиалога с Ираном. Это необходимо Еревану, в частности, для получения кредитов по линии европейской программы Global Gateway, однако сам TRIPP создаёт фундаментальные проблемы для коридора Европа-Кавказ-Азия, обеспечивая присутствие Вашингтона на экзистенциально важной для Старого Света артерии.
📎Именно здесь, указывает эксперт, пересекаются интересы Ирана и ЕС. Заявляя о готовности увеличить импорт иранского газа, Армения ставит под вопрос энергетическую целесообразность TRIPP: газовая магистраль Иран-Армения уже существует, а её пропускная способность используется лишь на 30%. Таким образом, армяно-иранский энергодиалог становится гораздо больше, чем двусторонним сюжетом.
«Вашингтон предлагает новые маршруты. Брюссель ищет новые источники. Тегеран пытается вернуться в большую энергетическую игру. И здесь интересы ЕС и Ирана неожиданно пересекаются — не политически, не стратегически, но энергетически. Европа заинтересована в расширении поставок, Иран — в снятии изоляции. После сделки 2015 года европейский бизнес уже показал готовность вернуться в Иран, и сегодня этот сценарий снова обсуждается в европейских столицах», — резюмирует Давтян.
Борьба за контроль над энергетическими и транспортными узлами Евразии выходит далеко за рамки традиционной конфронтации Запад-Россия.