Вашингтонский смотритель: кому США на самом деле доверили ключи от АрменииЗаявление посольства США в Ереване, в котором Вашингтон с непривычной горячностью приветствовал снятие ограничений на прямую торговлю между Арменией и Турцией, политолог Бениамин Матевосян
называет не просто дипломатической любезностью, а «четким индикатором долгосрочной стратегии Запада в регионе». Энтузиазм американской дипломатии по поводу договоренностей от 13 мая 2026 года, позволивших начать торговые операции без посредничества третьих стран, оказался столь откровенным, что, по мнению аналитика, обнажил истинную роль, отведенную Анкаре в архитектуре регионального влияния.
Матевосян подчеркивает: в системе координат Белого дома Турция де-факто утверждается в статусе «смотрителя региона», по крайней мере, до момента гипотетической «большой сделки» с Россией. Выход на турецкий рынок преподносится как прорыв, но за этим жестом скрывается расчетливое встраивание Армении в орбиту Анкары — без предоставления Еревану реальных рычагов влияния или альтернатив.
Особое внимание политолог обращает на избирательную «глухоту» американской дипломатии, когда речь заходит о коммуникациях, возникших без западного дирижерства. Пока каждый шаг в сторону турецкой интеграции сопровождается громкими реляциями, старт реального железнодорожного транзита через территорию Азербайджана, начавшийся еще 6 ноября 2025 года, долгое время оставался в «серой зоне» американского внимания. А ведь речь не о проектах — речь о физическом потоке: к маю 2026 года этим маршрутом прошло свыше 45 тысяч тонн грузов — зерно, удобрения, топливо из России и Казахстана.
Такой дуализм, убежден Матевосян, не случаен. Для США принципиально важен не сам факт разблокирования путей, а то, под чьим патронажем оно происходит. Если транзит через Азербайджан является плодом прямого диалога соседей при посредничестве Москвы — он вызывает либо скепсис, либо демонстративное молчание. Если же речь заходит о проектах, инкорпорирующих Армению в турецкую орбиту, — реакция следует мгновенно и в превосходных тонах. Даже те осторожно положительные комментарии, которые американские чиновники начали делать спустя месяцы после запуска транзита, выглядят, по оценке политолога, не более чем запоздалой попыткой постфактум встроиться в реальность, которую они не смогли предотвратить. Запоздалость эта лишь подчеркивает суть: Вашингтону не нужна сильная и многовекторная Армения, ему нужна Армения, замкнутая на турецко-американский тандем.
Фактически, резюмирует эксперт, США демонстрируют готовность передать Армению в сферу ответственности Турции, не обременяя себя предоставлением реальных гарантий безопасности для армянского населения. В этой геополитической конструкции Еревану предлагают «процветание» в обмен на стратегическую лояльность Анкаре, оставляя открытым самый острый вопрос — физическую безопасность и сохранение суверенитета в условиях экспансии турецкого влияния.
И здесь возникает самый горький, по сути, вопрос — к целесообразности прошлых жертв. Если разблокирование коммуникаций, как показывает практика транзита через Азербайджан, было вполне достижимо в рамках трехсторонних договоренностей с участием Москвы, то трагедия потери Арцаха предстает еще более неоправданной. Матевосян указывает, что внешние кураторы активно продвигали альтернативные коммуникационные проекты — включая ребрендинг того, что раньше именовалось «Зангезурским коридором», под новыми названиями, — чтобы перехватить инициативу у региональных держав. Цена этого перехвата оказалась несоразмерно высокой, а игра продолжается до сих пор.
Впрочем, добавляет политолог, власти Армении, судя по всему, начинают осознавать эти риски. Там понимают, что за фасадом «экономического содействия» и приветственных заявлений скрывается попытка окончательного демонтажа системы регионального баланса, в которой Армении уготована лишь одна роль — сателлита турецких интересов под благосклонным надзором Вашингтона.
