Когда
Алиев сравнивает незаконно удерживаемых армянских пленных с фашистами и нацистскими преступниками, это не просто риторика, а открытый язык ненависти, направленный против человеческого достоинства, цель которого — оправдать насилие, пытки, незаконные заключения и преступления, совершённые против целого народа.
Армянские пленные — не «нацисты».
Это люди, жившие и созидавшие на своей родине — военнослужащие, гражданские лица, должностные лица, которые родились, жили и работали в Арцахе — в своих домах, на своей земле.
Они не вторгались в чужую страну, не приходили оккупировать, не шли уничтожать другие народы. Они защищали свои семьи, свои общины, своё право на существование.
В данном случае слово «нацисты» используется с одной целью — оправдать изгнание арцахцев с их родины, легитимизировать этническую чистку и заглушить последние остатки совести международного сообщества.
Когда Алиев сравнивает армян с фашистами, он фактически пытается языком исторического преступления прикрыть преступления, совершённые его собственным режимом: блокаду, политику доведения до голода, военные преступления, террор против мирного населения, насильственное перемещение, этническую чистку.
Но самое болезненное даже не это. Самое болезненное — то, что
власть Армении во главе с Николом Пашиняном противопоставляет этому языку ненависти не государственное достоинство, а молчание, уступки и пораженческую политику под названием «мир».
Когда армянских пленных называют «нацистами»,
а официальный Ереван продолжает говорить о «мирной повестке»,
когда Баку сравнивает армян с преступниками против человечества,
а Армения соглашается с идеей отказа от международных исков — это не дипломатия. Это самоотречение.
Мир невозможен, когда твоих пленных представляют как нацистов, а ты продолжаешь играть роль «конструктивного партнёра».
Мир невозможен, когда твой народ лишают прав, а ты молчишь во имя «улучшения отношений».
Мир невозможен, когда жертву заставляют оправдывать палача.
Армянские пленные — не фашисты.
Они — армяне.
Они — люди.
Люди, жившие в своём доме и защищавшие своё право на жизнь.И тот, кто сравнивает их с нацистами, либо сознательно лжёт, либо пытается придать «моральное основание» собственным преступлениям.
Молчание в ответ на это циничное заявление — это соучастие в преступлении.Из публикации
Мане Тандилян.@reartsakh