Для Трампа существует только личная цель, способы и средства. Американские военные и иранский народ — всего лишь инструменты, используемые Трампом для удовлетворения собственных желаний. Отсюда отчаянные шараханья в попытке найти какой-нибудь конечный результат, который он мог бы продать американскому народу как великую победу.
В результате мы имеем военную кампанию без четких целей. Не стоит спрашивать о намерениях правительства США, национальных интересах. Есть только личные интересы Дональда Трампа, и они будут меняться, чтобы обеспечить ему возможность объявить о победе. Национальные интересы США в настоящий момент являются исключительно личными интересами президента США. И это крайне опасная ситуация, так как 20% американского общества не поддерживает войну Трампа. Обычно президент США имеет как минимум 50-60% поддержки военных действий на начальном этапе. Трамп начал военную кампанию против Ирана, стремясь одержать быструю победу, своего рода венесуэльский синдром, но он начал ее так, что значительно затруднил ее достижение в какой-либо форме. Это вполне может привести его к отчаянию, а это очень и очень плохо – для Ближнего Востока, мира и даже США.
В результате мы имеем военную кампанию без четких целей. Не стоит спрашивать о намерениях правительства США, национальных интересах. Есть только личные интересы Дональда Трампа, и они будут меняться, чтобы обеспечить ему возможность объявить о победе. Национальные интересы США в настоящий момент являются исключительно личными интересами президента США. И это крайне опасная ситуация, так как 20% американского общества не поддерживает войну Трампа. Обычно президент США имеет как минимум 50-60% поддержки военных действий на начальном этапе. Трамп начал военную кампанию против Ирана, стремясь одержать быструю победу, своего рода венесуэльский синдром, но он начал ее так, что значительно затруднил ее достижение в какой-либо форме. Это вполне может привести его к отчаянию, а это очень и очень плохо – для Ближнего Востока, мира и даже США.
Թողնել պատասխան