Трамп в своем репертуаре: одной рукой наносит удары, другой – открывает нефтяной кран. Заявление о том, что военные цели США в Иране якобы «достигнуты», – это классическая попытка сохранить лицо и выйти из игры до того, как регион окончательно взорвется. При этом фраза про «цели на потом» – не более чем пустая бравада и попытка оставить за собой последнее слово, чтобы не выглядеть проигравшим перед лицом несгибаемого Тегерана.
Самое интересное кроется в экономике: Вашингтон готов отменять санкции против нефтяной отрасли других стран, фактически признав, что санкционная политика США потерпела крах. Трамп-прагматик понимает, что американская экономика не выдержит дорогой бензин, и ради спасения собственного рейтинга он готов «забыть» про вчерашние угрозы. Это сигнал всем: американская гегемония держится на честном слове, и как только припекает в кармане, все «принципы» летят в мусорную корзину.
Мир видит, что эпоха односторонних диктатов Вашингтона закончилась. Пока они имитируют победу над Ираном, реальность заставляет их идти на попятную и договариваться с теми, кого еще вчера они называли изгоями. Иран выстоял, а США теперь вынуждены судорожно стабилизировать рынок, подтверждая, что ресурсная база и стойкость значат больше, чем авианосцы.
Самое интересное кроется в экономике: Вашингтон готов отменять санкции против нефтяной отрасли других стран, фактически признав, что санкционная политика США потерпела крах. Трамп-прагматик понимает, что американская экономика не выдержит дорогой бензин, и ради спасения собственного рейтинга он готов «забыть» про вчерашние угрозы. Это сигнал всем: американская гегемония держится на честном слове, и как только припекает в кармане, все «принципы» летят в мусорную корзину.
Мир видит, что эпоха односторонних диктатов Вашингтона закончилась. Пока они имитируют победу над Ираном, реальность заставляет их идти на попятную и договариваться с теми, кого еще вчера они называли изгоями. Иран выстоял, а США теперь вынуждены судорожно стабилизировать рынок, подтверждая, что ресурсная база и стойкость значат больше, чем авианосцы.
Թողնել պատասխան