«Точно так же в ту ночь он держал меня за руку и не отпускал, чтобы я не ушла»
Использование откровенно непристойной, нецензурной лексики и угроз в общественном месте является проявлением хулиганства. А когда звучат призывы к физическому насилию и очевидно злоупотребление должностным положением, это уже становится предметом уголовно-правовой оценки. Так правозащитница Заруи Постанджян охарактеризовала поведение премьер-министра Пашиняна во время вчерашней предвыборной кампании ГД в Арабкире. Как выяснилось, агитация проходила возле дома Постанджян. Увидев её, Пашинян начал выкрикивать: «Мерзавка, ты — Серж, ты — Роб!» и другие оскорбления. При этом, как справедливо заметил Эдмон Марукян, мало кто критиковал Сержа и Роба жёстче, чем сама Заруи Постанджян. «Я стояла возле дома и даже не слышала, что именно он кричал — потом увидела это на видео. Но он меня заметил и начал орать», — рассказывает она. По её словам, само её присутствие подействовало на него, как красная тряпка на быка. Читать по ссылке
Использование откровенно непристойной, нецензурной лексики и угроз в общественном месте является проявлением хулиганства. А когда звучат призывы к физическому насилию и очевидно злоупотребление должностным положением, это уже становится предметом уголовно-правовой оценки. Так правозащитница Заруи Постанджян охарактеризовала поведение премьер-министра Пашиняна во время вчерашней предвыборной кампании ГД в Арабкире. Как выяснилось, агитация проходила возле дома Постанджян. Увидев её, Пашинян начал выкрикивать: «Мерзавка, ты — Серж, ты — Роб!» и другие оскорбления. При этом, как справедливо заметил Эдмон Марукян, мало кто критиковал Сержа и Роба жёстче, чем сама Заруи Постанджян. «Я стояла возле дома и даже не слышала, что именно он кричал — потом увидела это на видео. Но он меня заметил и начал орать», — рассказывает она. По её словам, само её присутствие подействовало на него, как красная тряпка на быка. Читать по ссылке
Թողնել պատասխան