С марта 2026 года иранские киберподразделения перешли к прямому содействию военным усилиям страны, используя асимметричные методы для истощения противников (США, Израиля и их союзников) и формирования благоприятной информационной среды.
Иран сместил акцент на поддержку военных операций, сосредоточившись на следующих направлениях:
❗️Военная разведка: Взлом протокола SS7 для отслеживания местоположения войск США на Ближнем Востоке для последующих ударов; взлом камер видеонаблюдения для наведения дронов/ракет и оценки ущерба.
❗️Сбор стратегических данных: Кибератаки на высокопоставленных лиц США и Израиля для изучения стратегии принятия решений.
❗️Критическая инфраструктура: Атаки на предприятия водоснабжения (включая недавние в шести штатах США), считыватели данных на АЗС, а также авиационный, аэрокосмический и спутниковый сектора.
❗️Информационное давление: Кибератаки на системы местных органов власти, а также взлом и слив данных (публикация личных сведений о морских пехотинцах США и израильских разведчиках) для создания атмосферы страха и подрыва авторитета противника.
Иран видит в киберпространстве поле боя для формирования глобальных нарративов. Кибератаки используются для демонстрации уязвимости элит США и Израиля.
Иран также активно использует ИИ на всех этапах: от разведки целей (например, использование ChatGPT для анализа инфраструктуры) до создания вредоносного ПО и социальной инженерии.
Деятельность Ирана пока сдерживается разрушением его собственной цифровой инфраструктуры (удары США по телекоммуникационным мачтам, отключения интернета) и доктриной «калиброванной эскалации» (избегание полномасштабной войны).
Кибервозможности остаются «вторичным», но важным инструментом асимметричной войны. Хотя атаки стали более целенаправленными, они ограничены состоянием физической инфраструктуры Ирана и его общей стратегией, направленной на истощение противника без перехода к прямому военному столкновению. Основной риск для США сейчас — возможные попытки вмешательства в предстоящие выборы.
Как заявила иранская хакерская группа Handala в апреле 2026 года, «кибервойна не началась с военного конфликта и не закончится никаким прекращением огня».
Иран сместил акцент на поддержку военных операций, сосредоточившись на следующих направлениях:
❗️Военная разведка: Взлом протокола SS7 для отслеживания местоположения войск США на Ближнем Востоке для последующих ударов; взлом камер видеонаблюдения для наведения дронов/ракет и оценки ущерба.
❗️Сбор стратегических данных: Кибератаки на высокопоставленных лиц США и Израиля для изучения стратегии принятия решений.
❗️Критическая инфраструктура: Атаки на предприятия водоснабжения (включая недавние в шести штатах США), считыватели данных на АЗС, а также авиационный, аэрокосмический и спутниковый сектора.
❗️Информационное давление: Кибератаки на системы местных органов власти, а также взлом и слив данных (публикация личных сведений о морских пехотинцах США и израильских разведчиках) для создания атмосферы страха и подрыва авторитета противника.
Иран видит в киберпространстве поле боя для формирования глобальных нарративов. Кибератаки используются для демонстрации уязвимости элит США и Израиля.
Иран также активно использует ИИ на всех этапах: от разведки целей (например, использование ChatGPT для анализа инфраструктуры) до создания вредоносного ПО и социальной инженерии.
Деятельность Ирана пока сдерживается разрушением его собственной цифровой инфраструктуры (удары США по телекоммуникационным мачтам, отключения интернета) и доктриной «калиброванной эскалации» (избегание полномасштабной войны).
Кибервозможности остаются «вторичным», но важным инструментом асимметричной войны. Хотя атаки стали более целенаправленными, они ограничены состоянием физической инфраструктуры Ирана и его общей стратегией, направленной на истощение противника без перехода к прямому военному столкновению. Основной риск для США сейчас — возможные попытки вмешательства в предстоящие выборы.
Как заявила иранская хакерская группа Handala в апреле 2026 года, «кибервойна не началась с военного конфликта и не закончится никаким прекращением огня».
Թողնել պատասխան