До промежуточных выборов в США осталось недели и нет смысла анализировать и тем более прогнозировать ситуацию на Ближнем Востоке, мире в целом. Надо ждать результатов и выбора американского общества.
Со стороны, на расстоянии можно указать на очевидные изменения в избирательном процессе, и сегодня хочу указать не на попытки изменить процедуру, перекроить карты избирательных округов, а более важный, на мой взгляд, аспект. Речь идет о качественно возросшем уровне общественного и политического насилия вокруг выборов.
Организаторы выборов готовятся к сценариям, которые еще несколько лет назад казались немыслимыми. Ряд опросов говорят о том, что 32% сотрудников избирательных комиссий сталкивались с угрозами, преследованием или оскорблениями, а почти каждый четвертый опасается нападения дома или на работе. Также много пишется сбоях в работе избирательной системы, возможных столкновениях с участием федеральных властей во время выборов. То есть американские федеральные власти делают все, чтобы поставить под сомнение результаты выборов, которые организуют и проводят штаты, а не центральное правительство.
Но для меня более важным является рост политического насилия, когда давление на избирательную систему является частью более глубокого процесса. Причем политическое насилие принимает новые формы. Это не только и не столько насильственные акты отдельных экстремистов, сколько склонность к использованию принуждения акторами общественно-политической арены.
Политики все чаще используют методы запугивания оппонентов, стремятся дестабилизации и подорвать государственные и политические институты с целью оказания давления и получения желательного результата. Акторы политической системы атакуют систему, стремятся дестабилизировать ее. Причем уверенно можно прогнозировать, что ближе к выборам объем таких действий возрастет.
И здесь главное для меня наблюдение. Если смотреть со стороны, то похоже американское общество стало более терпимым к такому насилию, привыкает к нему, и это будет иметь далеко идущие, стратегические последствия, вне зависимости от того, как закончатся выборы. Причем необязательно, чтобы большая часть общества была готова к росту насилия и таким изменениям. Достаточно активности 10-15% радикалов, чтобы получить изменение качества общественно-политической жизни. Достаточно будет, чтобы большинство общества было готово к насилию и смирилось с ее применением.
Для меня, это главный порог, граница, которая определит внутреннюю и внешнюю политику США после выборов. Каков будет выбор американского общества – его отношение к возможности политического насилия на внутренней и внешней аренах.
Самое печальное для меня, что сказанное выше касательно американского общества практически один к одному применимо к армянскому обществу, которое тоже приучают, точнее возвращают к жизни в условиях насилия, осуществляемого властями и государственными институтами. С армянским обществе проще в этом смысле, так как оно остается постсоветским, а значит авторитарным по своей природе обществвенно-политическим и государственным институтам. Вернуть насилие в армянское общество, запугать его будет на порядок проще, чем американское. Но армянский народ, с другой стороны, имеет вековой опыт сопротивления таким попыткам и должно справиться. Я в этом не сомневаюсь.
Меня заботит другое. Каким образом будем избавляться от того насилия и ненависти, которое в настоящее время разливается по армянскому обществу. Мировой опыт говорит о том, что методы оказываются жесткими и даже авторитарными. Сможет ли Армения и армянский народ выбрать более мягкие сценарии, «чешский» сценарий возвращения к другой норме, сказать сложно. Нужны социологические и политические исследования.
#USMidterms #PoliticalViolence #HrachyaArzumanian #StrategicAnalysis #ArmeniaPolitics #DemocracyAndViolence #PostSovietEra #SocietalResilience #PoliticalCulture #ComparativePolitics
Со стороны, на расстоянии можно указать на очевидные изменения в избирательном процессе, и сегодня хочу указать не на попытки изменить процедуру, перекроить карты избирательных округов, а более важный, на мой взгляд, аспект. Речь идет о качественно возросшем уровне общественного и политического насилия вокруг выборов.
Организаторы выборов готовятся к сценариям, которые еще несколько лет назад казались немыслимыми. Ряд опросов говорят о том, что 32% сотрудников избирательных комиссий сталкивались с угрозами, преследованием или оскорблениями, а почти каждый четвертый опасается нападения дома или на работе. Также много пишется сбоях в работе избирательной системы, возможных столкновениях с участием федеральных властей во время выборов. То есть американские федеральные власти делают все, чтобы поставить под сомнение результаты выборов, которые организуют и проводят штаты, а не центральное правительство.
Но для меня более важным является рост политического насилия, когда давление на избирательную систему является частью более глубокого процесса. Причем политическое насилие принимает новые формы. Это не только и не столько насильственные акты отдельных экстремистов, сколько склонность к использованию принуждения акторами общественно-политической арены.
Политики все чаще используют методы запугивания оппонентов, стремятся дестабилизации и подорвать государственные и политические институты с целью оказания давления и получения желательного результата. Акторы политической системы атакуют систему, стремятся дестабилизировать ее. Причем уверенно можно прогнозировать, что ближе к выборам объем таких действий возрастет.
И здесь главное для меня наблюдение. Если смотреть со стороны, то похоже американское общество стало более терпимым к такому насилию, привыкает к нему, и это будет иметь далеко идущие, стратегические последствия, вне зависимости от того, как закончатся выборы. Причем необязательно, чтобы большая часть общества была готова к росту насилия и таким изменениям. Достаточно активности 10-15% радикалов, чтобы получить изменение качества общественно-политической жизни. Достаточно будет, чтобы большинство общества было готово к насилию и смирилось с ее применением.
Для меня, это главный порог, граница, которая определит внутреннюю и внешнюю политику США после выборов. Каков будет выбор американского общества – его отношение к возможности политического насилия на внутренней и внешней аренах.
Самое печальное для меня, что сказанное выше касательно американского общества практически один к одному применимо к армянскому обществу, которое тоже приучают, точнее возвращают к жизни в условиях насилия, осуществляемого властями и государственными институтами. С армянским обществе проще в этом смысле, так как оно остается постсоветским, а значит авторитарным по своей природе обществвенно-политическим и государственным институтам. Вернуть насилие в армянское общество, запугать его будет на порядок проще, чем американское. Но армянский народ, с другой стороны, имеет вековой опыт сопротивления таким попыткам и должно справиться. Я в этом не сомневаюсь.
Меня заботит другое. Каким образом будем избавляться от того насилия и ненависти, которое в настоящее время разливается по армянскому обществу. Мировой опыт говорит о том, что методы оказываются жесткими и даже авторитарными. Сможет ли Армения и армянский народ выбрать более мягкие сценарии, «чешский» сценарий возвращения к другой норме, сказать сложно. Нужны социологические и политические исследования.
#USMidterms #PoliticalViolence #HrachyaArzumanian #StrategicAnalysis #ArmeniaPolitics #DemocracyAndViolence #PostSovietEra #SocietalResilience #PoliticalCulture #ComparativePolitics
Թողնել պատասխան