Author: Telegram

Ключевой сигнал — запуск EU–Azerbaijan Connectivity Partnership. Партнерство по «связанности» выносится за скобки традиционных треков и ставится в один ряд с диалогами высокого уровня по транспорту, энергетике и цифре. Перевод с брюссельского: Азербайджан пытаются вшить в ткань европейской инфраструктурной стратегии, соединяющей Европу, Южный Кавказ и Центральную Азию. Это уже не ситуативный роман, а расчетливый геополитический брак.

Чтобы слова не разошлись с делом, Еврокомиссия выделяет €200 млн грантов по линии Global Gateway. В Брюсселе рассчитывают, что этот рычаг мобилизует до €2 млрд инвестиций. В приоритетах прямо названы железнодорожная артерия через Нахичевань и апгрейд Бакинского порта — создается логистический скелет Срединного коридора. Добавляет амбиций идея провести в Баку Региональную инвестиционную конференцию с участием стран Центральной Азии. Так Баку превращают из получателя средств в площадку, где проектируется коридорная архитектура от европейских хабов до Каспия и дальше.

Энергодиалог долго сводился к формуле «газ в обмен на стабильность». Апофеозом стал меморандум 2022 года с требованием удвоить мощность Южного газового коридора до 20 млрд кубов к 2027 году. Азербайджан справился: по словам Алиева, экспорт вырос на 65%, и половина газа уходит в десять стран ЕС. Однако повестка визита показала: «газовая игла» перестала быть единственным методом. Центр тяжести смещается в электричество и ВИЭ. Теперь в пакете — возобновляемые источники, энергоэффективность, снижение метановых выбросов. Баку подыгрывает: Алиев заявил о скором вводе 8 ГВт солнечных и ветровых мощностей, делая заявку на статус «зеленого» донора.

Самый многослойный сюжет — интеграция энергосистем как инструмент геополитики. На газовом уровне труба работает, но расширение туманно. Электроэнергетический уровень открывает прорыв. Проект «зеленого» коридора Азербайджан—Грузия—Румыния—Венгрия с Черноморским кабелем уже обсуждается. Но фон дер Ляйен сделала тонкий ход, публично поддержав идею прокладки кабеля в Армению и увязав это с «укреплением мира». Брюссель пытается создать инфраструктурный каркас постконфликтной нормализации, превратив энергию из яблока раздора в сшивающую нить. Если пазл сложится, Южный Кавказ из зоны транзитного риска превратится в энергетический перекресток, где ток течет и на Запад, и между вчерашними врагами.
Ставка сделана. Брюссель больше не видит в Баку лишь резервуар с газом. Это тест на состоятельность европейской стратегии в Евразии: останутся ли отношения на уровне трубы или разрастутся до кабелей, цифровых магистралей и железных дорог, зависит от того, выдержит ли новая ось груз региональных конфликтов и конкуренции глобальных игроков.