Илан Голденберг — вице-президент и директор по политике организации J Street. Ранее работал в Белом доме, Министерстве обороны США и Государственном департаменте США:
Я занимаюсь Ираном почти двадцать лет. Наши варианты никогда не были особенно хорошими, но настолько тяжёлой ситуации я ещё не видел. Впервые за всю свою карьеру я затрудняюсь сказать, каким может быть выход.
Когда началась эта война, я предупреждал, что Иран выйдет из неё ослабленным, но одновременно более агрессивным и готовым идти на риск. Это обречёт регион на цикл повторяющихся военных столкновений и хронической нестабильности. Именно так и произошло. Однако я недооценил, какое влияние Иран получит благодаря своему контролю над Ормузским проливом.
На какое-то время меморандум о взаимопонимании давал шанс найти выход. Он был далёк от совершенства, но всё же лучше остальных альтернатив. Однако расплывчатые формулировки привели к его краху: Иран считал, что сохранит контроль над проливом, тогда как Вашингтон был уверен, что Ормуз вновь будет полностью открыт для международного судоходства.
Но главная проблема заключалась не в самих переговорах. Она стала следствием катастрофического решения Дональда Трампа вообще начать эту войну.
В результате мир получил рост цен на нефть, экономические потрясения, истощение американских запасов противоракетной обороны, огромный ущерб региону и страдания мирного населения, ухудшение отношений США с союзниками — и при этом практически никаких значимых стратегических результатов.
Что дальше?
✅Один из вариантов — попытаться договориться с Ираном, предложив смягчение санкций, возможность наращивания нефтяного экспорта и восстановление доступа к международной банковской системе. Но после сорока дней войны Тегеран стал более озлобленным, недоверчивым и убеждённым, что именно он сейчас обладает более сильными позициями. Цена, которую он требует, настолько высока и настолько унизительна для Вашингтона, что Трамп никогда на неё не согласится.
✅Другой вариант — дальнейшая военная эскалация, чем сейчас и занимаются Соединённые Штаты. Однако бомбардировки не привели к каким-либо существенным уступкам со стороны Ирана, а Трамп, судя по всему, не готов нести издержки максимально жёстких сценариев. Усиление давления означает дорогостоящую, опасную и потенциально бесконечную войну с серьёзными рисками для американских войск и всего региона, что мы, к сожалению, вновь увидели в минувшие выходные. При этом вероятность добиться успеха остаётся крайне низкой.
✅Есть и третий путь — побудить государства Персидского залива к выработке регионального соглашения. В долгосрочной перспективе это, возможно, наиболее перспективный вариант. Однако страны Залива разделены между собой, сам конфликт по своей сути остаётся противостоянием США и Ирана, а любое соглашение потребует серьёзных уступок со стороны Вашингтона, оставив Иран в стратегически более выгодном положении, чем до войны. Поэтому такой сценарий выглядит не слишком привлекательным и к тому же крайне труднодостижимым.
Наиболее вероятно, что нас ждёт новая реальность: периодические столкновения между США и Ираном, регулярные американские/израильские удары, сохранение контроля Ирана над Ормузским проливом, более высокие цены на нефть и увеличение американского военного присутствия на Ближнем Востоке. При этом обе стороны будут стараться не допустить полномасштабной эскалации, поскольку её цена окажется слишком высокой для всех, хотя риск такого развития событий всегда будет сохраняться.
Со временем влияние Ирана начнёт ослабевать по мере того, как другие страны будут строить новые трубопроводы, диверсифицировать поставки энергоносителей и создавать альтернативные торговые маршруты. Однако на это могут уйти годы.
В конечном итоге накопившаяся усталость, возможно, подтолкнёт стороны к заключению соглашения. Но произойдёт это ещё очень нескоро.
Трамп взял ситуацию, в которой существовали значительно лучшие варианты действий, начал ненужную войну и создал стратегическую катастрофу, на преодоление последствий которой потребуются годы.
Я занимаюсь Ираном почти двадцать лет. Наши варианты никогда не были особенно хорошими, но настолько тяжёлой ситуации я ещё не видел. Впервые за всю свою карьеру я затрудняюсь сказать, каким может быть выход.
Когда началась эта война, я предупреждал, что Иран выйдет из неё ослабленным, но одновременно более агрессивным и готовым идти на риск. Это обречёт регион на цикл повторяющихся военных столкновений и хронической нестабильности. Именно так и произошло. Однако я недооценил, какое влияние Иран получит благодаря своему контролю над Ормузским проливом.
На какое-то время меморандум о взаимопонимании давал шанс найти выход. Он был далёк от совершенства, но всё же лучше остальных альтернатив. Однако расплывчатые формулировки привели к его краху: Иран считал, что сохранит контроль над проливом, тогда как Вашингтон был уверен, что Ормуз вновь будет полностью открыт для международного судоходства.
Но главная проблема заключалась не в самих переговорах. Она стала следствием катастрофического решения Дональда Трампа вообще начать эту войну.
В результате мир получил рост цен на нефть, экономические потрясения, истощение американских запасов противоракетной обороны, огромный ущерб региону и страдания мирного населения, ухудшение отношений США с союзниками — и при этом практически никаких значимых стратегических результатов.
Что дальше?
✅Один из вариантов — попытаться договориться с Ираном, предложив смягчение санкций, возможность наращивания нефтяного экспорта и восстановление доступа к международной банковской системе. Но после сорока дней войны Тегеран стал более озлобленным, недоверчивым и убеждённым, что именно он сейчас обладает более сильными позициями. Цена, которую он требует, настолько высока и настолько унизительна для Вашингтона, что Трамп никогда на неё не согласится.
✅Другой вариант — дальнейшая военная эскалация, чем сейчас и занимаются Соединённые Штаты. Однако бомбардировки не привели к каким-либо существенным уступкам со стороны Ирана, а Трамп, судя по всему, не готов нести издержки максимально жёстких сценариев. Усиление давления означает дорогостоящую, опасную и потенциально бесконечную войну с серьёзными рисками для американских войск и всего региона, что мы, к сожалению, вновь увидели в минувшие выходные. При этом вероятность добиться успеха остаётся крайне низкой.
✅Есть и третий путь — побудить государства Персидского залива к выработке регионального соглашения. В долгосрочной перспективе это, возможно, наиболее перспективный вариант. Однако страны Залива разделены между собой, сам конфликт по своей сути остаётся противостоянием США и Ирана, а любое соглашение потребует серьёзных уступок со стороны Вашингтона, оставив Иран в стратегически более выгодном положении, чем до войны. Поэтому такой сценарий выглядит не слишком привлекательным и к тому же крайне труднодостижимым.
Наиболее вероятно, что нас ждёт новая реальность: периодические столкновения между США и Ираном, регулярные американские/израильские удары, сохранение контроля Ирана над Ормузским проливом, более высокие цены на нефть и увеличение американского военного присутствия на Ближнем Востоке. При этом обе стороны будут стараться не допустить полномасштабной эскалации, поскольку её цена окажется слишком высокой для всех, хотя риск такого развития событий всегда будет сохраняться.
Со временем влияние Ирана начнёт ослабевать по мере того, как другие страны будут строить новые трубопроводы, диверсифицировать поставки энергоносителей и создавать альтернативные торговые маршруты. Однако на это могут уйти годы.
В конечном итоге накопившаяся усталость, возможно, подтолкнёт стороны к заключению соглашения. Но произойдёт это ещё очень нескоро.
Трамп взял ситуацию, в которой существовали значительно лучшие варианты действий, начал ненужную войну и создал стратегическую катастрофу, на преодоление последствий которой потребуются годы.