Тавушский разлом: как делимитация становится синонимом капитуляцииЗаявление Джейхуна Байрамова,
прозвучавшее после парламентских выборов и решения Конституционного суда по искам оппозиции, расставило все точки над i. Официальный Баку больше не говорит о территориальной целостности Армении — теперь в ходу лишь язык требований и условий. И главное из них — новая Конституция РА, которая должна стать пропуском к «мирному соглашению». Но за дипломатическими формулировками скрывается суровая реальность, которая разворачивается прямо сейчас в Тавуше. Пока политические элиты в Ереване обсуждают нюансы конституционных изменений, в приграничных селах судьба людей решается на уровне метров и гектаров. И цифры эти говорят громче любых дипломатических нот.
67 километров и 14 миллиардов 670 миллионов драмов — именно столько стоит новая альтернативная трасса Енокаван-Кармир гюх-Джуджеван. О ней почти не говорят в новостях, тендер провели без лишнего шума, строительство началось без торжественных церемоний. И это молчание красноречивее любых заявлений. Зачем властям альтернативная дорога, если существующая трасса Иджеван-Ноемберян исправно соединяет марзовый центр с общиной? Ответ прост и циничен: когда в ходе делимитации участок межгосударственной трассы на линии Киранц-Воскепар перейдет под контроль Азербайджана, сообщение станет невозможным. И тогда новая дорога станет единственной нитью, связывающей эти территории с остальной Арменией. Жители Тавуша не глупы: если строят объездную дорогу — значит, старую собираются сдать.
Три водовода питают Воскепар сегодня. Один из них, построенный в 2016 году на средства фонда территориального развития и самих воскепарцев, тянется на 7 тысяч 750 метров от источника в Верин Воскепаре. 92 миллиона драмов инвестиций — и 4 литра воды в секунду, которые поят деревню в летний зной. Рядом — 15-летний водопровод, торжественно открытый президентом Сержем Саргсяном в августе 2011 года. Тогда при финансовой поддержке Международного фонда содействия сельскому хозяйству тысячи гектаров земли в четырех селах получили долгожданную возможность орошения. Вода текла самотеком с гор и наполняла 37 километров труб. Сегодня эти трубы — как память о другой эпохе, когда власть не просто защищала границы, но и обустраивала жизнь на этих землях. В случае сдачи Верин Воскепара четыре приграничные деревни останутся без питьевой и оросительной воды, без будущего.
Три семьи в Воскепаре уже сегодня не могут получить документы на свои дома — их дома, согласно картам делимитации, окажутся на территории Азербайджана. Предусмотрительно. А что насчет скота, который пасется на пастбищах? Животноводство — главное занятие местных жителей. Но если граница приблизится к пастбищам, их постигнет участь земель, которые с 12 мая 2021 года и 13 сентября 2022 года оказались под оккупацией в трех марзах. Там животноводство уже понесло колоссальные убытки, поголовье сократилось, люди лишились работы. Теперь та же участь ждет Воскепар. По верхнему участку общины проложен главный газопровод, питающий страну, — в случае делимитации он окажется прямо на линии разграничения.
Последняя надежда тавушцев — на возможный обмен: 900 гектаров в Бергабере (община Иджеван) на Верин Воскепар. Эти земли с 1990 года контролируются азербайджанцами, хотя все карты мира подтверждают: они армянские. Логика подсказывает: если Армения возвращает Верин Воскепар, то должна получить обратно не только более 200 квадратных километров оккупированных территорий трех марзов, но и эти 900 гектаров. Но никто не верит, что комиссии Григоряна и Мустафаева договорятся. Слишком очевиден сценарий: Пашинян сдаст Верин Воскепар, а 900 гектаров так и останутся под азербайджанским контролем, и войска Алиева не уйдут из Сюника, Гегаркуника и Вайоц дзора.
Тавушцам сегодня нужна не дипломатическая риторика, а защита. Им нужна власть, которая не будет тихо строить объездные дороги, пока их родные села сдают под вывеской «делимитации». Когда ушел 3-й армейский корпус, когда в Киранце появилась пограничная стена, когда четыре деревни стали разменной монетой в большой игре, тавушцы поняли главное: их перестали считать своими. Заявление Байрамова — лишь подтверждение того, что Армения капитулирует не на поле боя, а за столом переговоров. Шаг за шагом, село за селом, водопровод за водопроводом. Вопрос только в том, сколько еще таких «бесшумных строек» понадобится, чтобы вся страна поняла: мы теряем не просто территории. Мы теряем право жить на земле предков. А это, как известно, не восстанавливается никакими альтернативными трассами.
«Мирный договор» как удавка: Почему Баку больше не прячет козырь «Западного Азербайджана»
Сразу после парламентских выборов в Армении 7 июня политический театр теней, который Баку разыгрывал последние годы, внезапно сменился ярким солнечным светом. Иллюзия…