Category: Hrachya Arzumanyan

Пожимая плечами и уже без вопросов, даже риторических.
CША сняли связанные с Россией санкции с базирующейся в ОАЭ грузовой логистической компании Globe Trekkers, сообщается в уведомлении на сайте Министерства финансов США. Reuters.
Министр финансов Скотт Бессент объявил о временном 30-дневном разрешении для индийских нефтеперерабатывающих заводов закупать российскую нефть, находящуюся под санкциями. «Чтобы смягчить временный дефицит нефти во всем мире». Затем он пошел еще дальше, предположив, что США «могут полностью снять санкции с других российских нефтяных компаний».
Стратегические последствия данных решений выходят за рамки мировых энергетических рынков. В октябре 2025 года администрация Трампа ввела санкции против «Роснефти» и «Лукойла», чтобы оказать давление на Путина. И вот Трамп отступает не добившись каких-либо уступок. Более того Фонд Карнеги пишет, что с нарушением поставок нефти из Ирана и Венесуэлы Россия становится главным бенефициаром иранской войны, так как лучше остальных подготовлены к удовлетворению энергетических потребностей Китая.
И тут выясняется, что Россия предоставляет Ирану разведывательную информацию для целеуказания, включая спутниковые снимки американских военных кораблей и самолетов, местоположение американских радаров раннего предупреждения и командных узлов. Ответ администрации Трампа на скрытую агрессию России становится ослабление экономического давления на Москву.
Для администрации Трампа не имеет принципиального значения, передаёт ли Россия Ирану разведданные для ударов — говорит пресс-секретарь Белого Дома Кэролайн Левитт в интервью Fox News.
У Путина и Нетаньяху явно имеется пульт дистанционного управления президентом США. У них есть кнопка – «нажми на кнопку получишь результат, и мечта твоя осуществится», — давным-давно пела российская группа моей молодости, и была права получается.
Некоторые эксперты призывают не мудрствовать и рассматривать ситуацию сквозь призму личных интересов семьи Трампа, в рамках логики олигарха. Тогда надо анализировать с кем встречаются Кушнер и Виткофф, пытаться понять, что им было обещано в РФ и монархиями Залива. Это уже другой анализ, я им не владею и не готов принять такой аргумент, но учитывать обязан.
Подытоживая. Элементом политики и стратегии является оценка противника — его возможностей, готовности нести издержки и идти на жертвы.
Китай и РФ с большим политическим и профессиональным интересом наблюдают за иранской войной и поведением военной и политической элиты США и, уверен, делают выводы.
#USSanctions #Russia #IranWar #TrumpAdministration #Geopolitics #OilPolitics #GlobalEnergy #ChinaRussia #NationalSecurity #ForeignPolicy

Должен поблагодарить всех тех, кто подключился к проекту издания книги. Уже писал и повторю снова – удивлен, что проект продвигается, и на днях мы пересекли рубеж в три миллиона драм.
Спасибо всем тем, кто принял участие в проекте и надеюсь к нему подключатся и другие мои читатели.
https://ap.am/hy/fundraisers/the-techno-sphere-of-national-security

Сегодня не получится сделать аналитику, только небольшой обзор.
Фарид Закария в своей в Washington Post, приводит точку зрения, которая во многом совпадает с высказанной я этом блоге. У США и Израиля разные цели в войне с Ираном, пишет Закария, и это не помогает быстро закончить войну. Стратегия Израиля целенаправленная и нацелена на политически значимые цели в Иране, включая очевидную цель — свержение режима. Если вслед за этим последует вакуум власти, Израиль не будет против. США с другой стороны, представили разнородный список целей, от смены режима до более узких военных задач, таких как потопление иранского флота и ослабление ракетной программы.
Противоречивые цели повышают вероятность того, что эта война приведет к неконтролируемому хаосу в Иране: «Вашингтону необходимо найти способ обеспечить сохранение достигнутых в этой войне успехов — разоруженного и лишенного оружия Ирана — но без того, чтобы ввергнуть страну в гражданскую войну. Есть еще способы укрепить достигнутое и завершить эту войну. Как обычно, Катар мог бы сыграть полезную роль в качестве посредника. Но время на исходе. В какой-то момент эта война достигнет критической точки, и никто не сможет контролировать ее последствия».
Война «ставит перед президентом Трампом задачу добиться быстрого, легко коммерциализированного успеха, не ввязавшись в затяжную войну», — пишет Институте исследований национальной безопасности Тель-Авивского университета. «Президент занял особенно жесткую публичную позицию и призвал иранскую общественность «воспользоваться моментом»; однако остается неясным, существует ли организованный план смены режима и действий на «следующий день» после войны. Внутри администрации Трампа, вероятно, обострится напряженность между поддержанием максимального военного давления… и ограничением экономических и политических издержек войны и рисков эскалации».
Рассматривая потенциальные последствия войны, в Foreign Policy пишет о волновом эффекте в геополитике Ближнего Востока: «Кампания… в основном направлена против Ирана, но она уже оказывает глубокое влияние на весь регион. Вашингтон не может проводить военную операцию такого масштаба, не вызывая значительных изменений в политической динамике. Эти изменения будут особенно заметны в отношении будущего исламизма, палестинского сопротивления, статуса Западного берега и перспектив нормализации отношений арабских стран с Израилем».
: #IranWar2026 #Geopolitics #MiddleEast #TrumpAdministration #FareedZakaria #IsraelIranConflict #ForeignPolicy #RegimeChange

Днем поговорили с Жирайром Восканяном вокруг иранской войны.
https://youtu.be/AIYjxN12Oqs?si=rsf3tbiKhjUNm3Re

(продолжение штрихов)
8. Иран изначально осознавал невозможность противоборства США и Израиля в конвенциональной войне и готовился к другой – асимметричной. Например, налицо явная децентрализация системы командования и управления, когда командирам оперативного звена дана возможность принятия самостоятельных решений.
9. Более того, Иран явно осознавал, что необходимо выходить за пределы военных действий и переводить противоборство на политическую, региональную и глобальную арены. И это ему удалось. То есть Иран действует ассиметрично, но ему удается использовать асимметрию для достижения поставленных целей – это выигрышная асимметрия.
10. Иранский режим изначально осознавал, что для него это будет экзистенциальная война и не ставит никаких красных линий. В отличие от предыдущих этапов, в рамках которых Иран демонстрировал «стратегическое терпение». Возможно это ввело США в заблуждение, и они не были готовы к этому. У США нет понимания того, что режим может себе позволить проиграть войну, но не может себе позволить сдастся, показать слабость. Надо говорить о неспособности администрации Трампа принять во внимание менталитет и культуру Ирана как цивилизации. Хотя скорее всего слушали то, что хотели услышать из уст таких маргиналов как монархисты и коммунисты диаспоры.
11. В результате Иран эффективно наносит удары по уязвимым точкам региона, не принимая в расчет границы, природу атакуемых объектов и проч. А ведь всерьез Иран еще и не начинал. Многие эксперты, знающие регион, указывают на элементы критической инфраструктуры региона, удар по которым выжигает подчистую те же страны Персидского залива, Израиль. Например опреснительные установки, обеспечивающие бОльшую часть потребляемой воды — выведи из строя и через несколько недель пустыня вернется.
12. Результатом военных действий Ирана стало обрушение архитектуры безопасности Ближнего Востока, что постепенно доходит или уже дошло до тех же монархий Персидского залива. США не могут рассматриваться в качестве гарантов безопасности, такие гарантии только у Израиля. Значит надо искать других гарантов и список не так велик, точнее в нем только один центр силы. Вслед за Левиафаном, который разрушив уйдет, придет Дракон – вчерашний метафоричный пост.
13. Штрихов получается много, надо ставить точку, хотя пока что не удалось выйти хотя бы к середине того, что хотел набросать на бумагу.
14. Последний штрих на сегодня. Трампу надо выбираться из-под обломков, пока те не обрушились на него. Необходимо заявить о полной и блестящей победе над Ираном – и уходить. В противном случае для него и для США все закончится не очень хорошо, в смысле, плохо закончится. Однако пока никаких симптомов на способность Трампа к такому шагу. Хотя это же Трамп, все может измениться в одночасье.
#IranWar2026 #MiddleEastConflict #Trump #Israel #Geopolitics #MilitaryAnalysis #NorayrHovsepyan #ArtsakhJournalist #RegimeChange #AsymmetricWarfare #GlobalSecurity #LeviathanAndDragon

По Ирану поток важных и критически важных событий. Пытаться охватить происходящее даже серией постов не получится. Разве что несколько штрихов по утру, не более, так как вновь буду не за компом.
Пока что ссылка на интервью с Норайном Овсепяном, арцахским журналистом, — одним из немногих профессионалов Арцаха в сфере журналистики. Не беседовали с ним после арцахской катастрофы, вчера днем поговорили вокруг иранской войны.
Послушаете при желании, сказанное остается актуальным.
#IranWar2026 #MiddleEastConflict #Trump #Israel #Geopolitics #MilitaryAnalysis #NorayrHovsepyan #ArtsakhJournalist #RegimeChange #AsymmetricWarfare
https://youtu.be/ltyQJ5nSytQ?si=k-nozvO4T2F-w9Gj

Мысли по утру, пока не прошелся по новостям.
Анализ процессов приводит к выводу, что необходимо переходить методологии и языку политической теологии. В Армении говорить на этом языке пока не с кем, «молодежь» только растет – подождем и будем надеяться, что овладеют языком.
Действия США — это действия Левиафана, который покинул клетку/систему миропорядка, построенного на правилах, и мы видим его природу, без прикрывающих одежд закона и всех прочих условностей. Левиафан обязан крушить старый мир, и он его крушит, и вслед за этим он будет создавать новый порядок, в котором только один центр силы – США. Новый глобальный мировой порядок.
Это значит России и его «императору последних времен» приготовиться к выходу на уже совершенно другую сцену в качестве реквизита – шкуры медведя, не более. Хотели последние времена, — получите. Так и не родившаяся русская религиозная философия после выкидыша и большевиков, предчувствовала, что грядет, но была ослеплена имперским самомнением – тоже выкидыш. Россия стала не катехоном, к роли которой ее готовила Армянская цивилизация (Ашхар) и Византия, а инструментом Левиафана – тупым и большим. Но он больше не нужен – инструмент, только элемент сцены.
Роль Израиля в игре – сакральная. Он хранитель сакрального центра. Картина будет полной, если к войне присоединится и Саудовская Аравия – хранитель другого сакрального центра.
Роль Армении и Ашхара в последних временах и грядущих новых раскрывать не будем по очевидным причинам. Но Левиафан знает и понимает – эту роль, а в Армении, повторюсь, говорить не с кем.
Как поведет себя дракон, Поднебесная и красный император, сказать не берусь. Это действительно противоборство, исход которого невозможно предсказать. Если смотреть из Ашхара, то результатом схватки станет не пространство, сформированное двумя центрами притяжения (не новая Холодная война), не конвергенция (США-СССР), а скорее дополнение функций. Левиафан крошит старый мир и закладывает основы нового, дракон помогаем ему выстроить из хаоса новый мир. Не то, чтобы ему хочется так себя вести, но так получается. Как видит ситуация Дракон, сказать не берусь, не владею языком, не знаю Китая на этом уровне.
Мне бы с пониманием Ашхара справиться — вспомнить армянское будущее. Вспомним, конечно же, куда денемся.

Днем поговорили с Гаяне Аракелян вокруг иранской войны. Постарался сосредоточиться на взгляде из Армении, хотя пришлось затронуть многие другие аспекты войны.
https://youtu.be/tKwh6CElUSk?si=dFJCK32TC4-vANqE

Тот исключительно редкий случай, когда целиком и полностью поддерживаю израильского политика. Нафали Беннетт, отрывок интервью с которым открывает ролик Такера Карлсона заявляет, что Турция следующая цель Израиля – новый Иран. Будем ждать…
https://youtu.be/bdlNnUaMjJs?si=RhWu3V99Jrk3244n

Термин «смена режима» стал популярным и используется так часто, что начинает терять смысл. Поэтому небольшая «лекция» для моих читателей касательно термина.
Для администрации Трампа термин стал способом продемонстрировать решимость, и, в то же время, избежать ответственности от результатов начавшейся военной кампании. Старый стратегический прием, который США используют десятилетиями – сместить или убить правителя, и надеяться, что остальное образуется со временем. Но чаще всего образовывалось не то, что ожидалось.
Можно говорить о старой и недоброй традиции в внешней политике США, когда смешиваются два различных явления изменение режима и смена режима — концептуальная путаница, которая сопровождает внешнюю политику США на протяжении десятилетий.
Для начала напомним определение термина «режим». Политолог Стивен Краснер дает следующее общепризнанное определение режима как «совокупности неявных или явных принципов, норм, правил и процедур принятия решений, вокруг которых сходятся ожидания акторов».
Во внутренней политике режим относится не только к тому, кто управляет, но и архитектуре власти — государственным и политическим институтам, конституционному порядку, элитам, финансово-экономической сфере, легитимности и пр.
Режим это серьезно. Лидер — это не режим, даже такой блестящий лидер как премьер-министр Армении. Правительство — это не режим, даже такое бесподобное, как правительство Армении. И выборы не обязательно приводят к смене режима, в чем мы убедились, начиная с 1995 года. И крайне мало шансов, что мы увидим смену режима в 2026 году, но это другая история – не для этого поста.
Краснер различает «изменения в режиме», когда режим корректируется в рамках существующих институтов, от «изменения режима», когда происходит трансформация самого порядка тем или иным способом.
Свержение авторитарного правителя не является синонимом смены режима. Смещение правящей партии и властной элиты не гарантирует изменения правил политической жизни, в чем мы убедились после 2018 года. Убийство верховного лидера необязательно приводит к обрушению режима, в чем в очередной раз убедятся США и Израиль.
Стратегия США часто исходит из предположения, что внешнее давление будет катализировать трансформацию режима. Однако история говорит о том, что чаще происходит ужесточение режима. Парадокс заключается в том, что иностранное вмешательство, направленное на смену режима, часто укрепляет его. Внешнее давление укрепляет сплоченность элиты, усиливает национальные нарративы и пр. Системная коррупция элит может сыграть роль, но чаще элиты консолидируются. И вновь Армения яркий пример такой консолидации высшего военно-политического руководства страны с целью сохранения сложившегося к 1995 году режима.
Чтобы говорить о возможности смены режима, а не его изменения, обществу и стране должна быть предложена альтернатива в виде жизнеспособного политического и государственного порядка, который может прийти на смену существующему. В противном случае обрушение режима может привести к сползанию государства в хаос.
Наверное здесь остановлюсь, так как надо вставать из-за компа.
Подчеркну ключевую мысль поста: смена режима требует разработки альтернативы, которую готово принять общество.
Нет альтернативы – нет смены. Сознательно ли вводят в заблуждение армянское общество общественно-политические силы, рвущиеся к власти, обещая перемены, но не предлагая альтернативы, или просто не осознают глубину проблемы, суть неважно, в данном случае.
Альтернатива. О будущем могут говорить только те, кто готов предложить альтернативу – армянскому обществу, Армении и армянскому народу, как глобальному явлению.