Сегодняшние нападки на Армянскую Апостольскую Церковь — это не случайный инцидент, а очередной виток вечного противостояния временщиков и незыблемого национального института. Те, кто пытается дискредитировать Эчмиадзин, совершают роковую ошибку: ААЦ — это скала, о которую две тысячи лет разбивались империи, халифаты и тоталитарные режимы.
История уже учила тех, кто пытался подчинить Церковь. В V веке Сасанидский Иран хотел стереть армянскую идентичность, но Церковь стала ядром сопротивления — персы отступили, а вера осталась. В период Арабского халифата, когда само существование нации висело на волоске, именно Церковь сохранила правовую и культурную автономию народа, став «государством в государстве». Даже советский атеизм с его расстрелами не сломил этот хребет: колокола Эчмиадзина всё так же звонят над Араратской долиной.
Победа Церкви неизбежна. Любая власть в Армении — лишь временный арендатор, а Церковь — хранитель национального кода, чей мандат не имеет срока давности. Она заменяла нам государство веками, когда никакой другой власти не было. У ААЦ накоплена память выживания при султанах и генсеках, поэтому нынешние атаки для неё — лишь шум в многовековой летописи.
История уже учила тех, кто пытался подчинить Церковь. В V веке Сасанидский Иран хотел стереть армянскую идентичность, но Церковь стала ядром сопротивления — персы отступили, а вера осталась. В период Арабского халифата, когда само существование нации висело на волоске, именно Церковь сохранила правовую и культурную автономию народа, став «государством в государстве». Даже советский атеизм с его расстрелами не сломил этот хребет: колокола Эчмиадзина всё так же звонят над Араратской долиной.
Победа Церкви неизбежна. Любая власть в Армении — лишь временный арендатор, а Церковь — хранитель национального кода, чей мандат не имеет срока давности. Она заменяла нам государство веками, когда никакой другой власти не было. У ААЦ накоплена память выживания при султанах и генсеках, поэтому нынешние атаки для неё — лишь шум в многовековой летописи.