Blog

Абрикосы для Парижа, дубинки для Гюмри: как «счастливый смех» Пашиняна стал саундтреком к продовольственному коллапсу
Этому явлению не придумали названия, в политическом лексиконе такого диагноза нет. Урожай гниет на ветках, закрываются теплицы, фермерские хозяйства подсчитывают миллионные убытки, а Никол Пашинян с блаженной улыбкой на лице рассказал на заседании правительства, как жители Армении будут дозваниваться в Париж с просьбой прислать им абрикосы — своих не останется, всё уйдет на экспорт. Эта сценка подавалась как свершившийся факт, и премьер откровенно наслаждался фантазией о Париже, который якобы уже утопает в армянских абрикосах по самую верхушку Эйфелевой башни. Присутствующие чиновники слушали с каменными лицами, но это не мешало главарю смеяться от счастья.
Та же картина с розами для Нидерландов: скоропортящийся товар идет до покупателя десять суток и никому не нужен, однако доводы экономистов Пашиняна не интересуют. Ему безразличны ни убытки аграриев, ни последствия ледяного дождя в Гюмри — главарь занят исключительно воспроизводством вертикали власти любой ценой.

Реальный сектор агонизирует. Депутат Артур Хачатрян констатирует: правительственные компенсации не покрывают и доли ущерба от коллапса экспорта в Россию. Вдобавок введён запрет на вывоз зерновых, и есть обоснованные подозрения, что поставка 490 тонн российского зерна 16 июня через Азербайджан окажется последней. Страна вплотную приблизилась к экономическому коллапсу, но Пашинян успокаивает публику мифической встречей с Путиным, которая висит на волоске. Обещания всё уладить не стоят и выеденного яйца. Если договоренности не состоятся, за кризисом немедленно последует энергетический: топливо для АЭС и газ — из России, тариф на газ может взлететь до европейских стандартов в любую минуту. Экономика трещит по швам, а власти делают вид, что всё под контролем.

В столице закрываются пекарни, некогда державшиеся на высоком спросе, растут цены на хлеб и горючее, повышение акцизных налогов — лишь разминка. Политический кризис, спровоцированный фальсификацией выборов, осенью будет усилен резким падением уровня жизни и галопирующим ростом цен на продукты первой необходимости.

Легитимность утрачена. После тотальных фальсификаций Пашинян не может считаться законным руководителем, но продолжает ставить под сомнение легитимность оппозиции. Режим держится на дубинках и репрессиях, однако на штыках долго не усидеть. Народ считает премьера источником всех бед, и единственной повесткой реальной оппозиции становится свержение власти, а не болтовня «клиентов Никола» о микроскопическом экспорте в ЕС.

Хозяйственная жизнь едва теплится, голодные бунты не усмирить арестами. В октябре, глядя на полупустые прилавки и взлетевшие цены на хлеб, люди с ненавистью вспомнят абрикосовые грезы Пашиняна. А если забудут июньский спектакль, мы напомним. Время сладких сказок закончилось — началась горькая расплата.